Рейдер из Боярки оказался другом греческих предстоятелей: что это значит?

Рейдер из Боярки на короткой ноге с предстоятелями и иерархами Церквей, признавших ПЦУ. Фото: СПЖ

6 мая 2023 года в Боярке под Киевом сторонники ПЦУ силой отобрали Михайловский храм УПЦ. Был в очередной раз использован слезоточивый газ, миряне и священник были избиты, а матушка получила серьезные травмы. Руководил этим бандитизмом известный в узких кругах ПЦУ «священник» Василий Лило. Боярка – это Киевская область, то есть зона действия «киевского митрополита» Епифания Думенко. А значит захват Лило был согласован с ним.

О разбитых окнах и ПЦУ

Наверное, каждому из нас знаком «эффект разбитого окна»: если в доме разбить окно и тут же его не починить, то очень скоро разбит и уничтожен будет весь дом. Этот эффект проявляется не только по отношению к стеклу и дому, но и в более глобальном смысле – если зло вовремя не остановить – оно будет увеличиваться до бесконечности. Нечто похожее мы наблюдаем и в отношении ПЦУ. Злоба представителей этой структуры растет прямо пропорционально вседозволенности, в атмосфере которой происходят захваты храмов УПЦ.

На данный момент, можно с сожалением констатировать, что насилие и ненависть становится отличительной чертой и характеристикой ПЦУ. И если ее сторонников вовремя не остановить, то, как в случае с разбитым окном, разрушенным может оказаться весь дом. В нашем случае – все украинское общество. Но, очевидно, украинская власть останавливать их не намерена, а значит, насилие по отношению к УПЦ будет только расти.

Удивительное – рядом?

Раньше, еще на заре появления УПЦ КП, новости о силовых захватах храмов УПЦ, особенно с применением болгарки, вызывали даже не удивление, а шок. Сегодня мы уже не удивляемся, когда представители ПЦУ приходят к православным храмам с ломами, кувалдами, таранами и болгарками. Это – обыденность, к которой привыкли православные христиане Украины. Не привыкли они, пока что, к слезоточивому газу и жестоким избиениям мирян и духовенства. Но захваты Ивано-Франковского кафедрального собора и храма УПЦ в Боярке показывают, что у сторонников Думенко баллончики со слезоточивым или нервно-паралитическим газом входят в стандартный комплект инструментов церковного рейдера.

Также украинский народ постепенно приучают к тому, что против верующих и духовенства УПЦ можно применять насилие. Избиение епископа Никиты в Черновцах и избиение священника и его жены в Боярке – яркое тому подтверждение.

Несколько удивляет другое – действиями рейдеров в Боярке руководил «священник» ПЦУ Василий Лило. Скажете, чему тут удивляться, если его коллеги активно участвуют в митингах возле Лавры или занимаются церковным мародерством в Западной Украине? Но все дело в том, что Лило – не рядовой член ПЦУ, а один из заметных ее функционеров.

Он – близкий друг «протодиакона» Василия Дидоры и «епископа» Евстратия Зори. Еще будучи в УПЦ КП, Лило ездил с ними зарубеж, например, в Австралию.

Потом, когда его друзья предали Денисенко, Лило вместе с ними переметнулся к Думенко. И продолжил ездить за границу в составе официальных международных делегаций. Вот фото Василия Лило с патриархом Варфоломеем на Фанаре.

Вот фото Василия Лило с главой Архиепископии Фанара в США Элпидофором.

А вот Лило в составе официальной делегации ПЦУ общается с главой Кипрской Церкви Архиепископом Георгием.

А вот общение Лило с Александрийским патриархом Феодором.

А вот В. Лило служит вместе с предстоятелем Элладской Церкви Иеронимом.

Он часто «сослужит» с Думенко, принимает участие в каких-то там «синодальных» комитетах и заседаниях. А прямо перед захватом храма в Боярке Лило побывал на Святой Горе Афон, где очень мило пообщался с игуменами тех монастырей, которые не считают Думенко мирянином. Что это значит? Как минимум, три вещи.

1. Лило действует не сам по себе. Будучи лицом, особо приближенным к верхушке ПЦУ, он наверняка свои поступки согласовывает с Епифанием. 
2. Лило чувствует безнаказанность. Он уверен, что за ним – Думенко, а значит – сила. Следовательно, никаких правовых последствий для него нет и не будет.
3. Но самое главное, что за рейдерство Лило несут моральную ответственность все те иерархи Фанара, Эллады, Кипра и Александрии, которые с ним служат, общаются и принимают его в качестве священника, а не церковного мародера и бандита.

Действительно, если бы Василий приехал на Афон или в Стамбул, а там ему указали на дверь, заявив, что не хотят общаться с гонителями Церкви (ведь и для тех, кто признал ПЦУ, Митрополит Онуфрий и УПЦ не перестали существовать), то можно было бы говорить, что некоторые афониты и фанариоты не поддерживают действия украинских раскольников. Но Василию никто об этом не говорит. Наоборот: с ним обнимаются, служат и фотографируются, тем самым выказывая поддержку всем его действиям.

Лило и все остальные

Дело в том, что насилие, наглость и аддиктивное поведение культивируется в ПЦУ давно, и у Лило было с кого брать пример.

Так, в 2017 году «священник» тогда еще УПЦ КП Александр Дедюхин рассказывал, что «после нашей молитвы о мире в Петербурге взорвалось метро». По его же словам, «простить агрессора − значит послать 12 граммов любви в жизненно важные органы». Он называл верующих УПЦ «московскими упырями», и именно его глава Фанара наградил наперсным крестом, после чего, вернувшись в Украину, «крестоносец» рассказал анекдот о молитве «Отче наш».

Можно было бы сказать, что Дедюхин – мелкая сошка и его поведение ничего не говорит о позиции руководства ПЦУ. Но это не так.

Например, бывший митрополит УПЦ Александр Драбинко лично инициировал, устраивал и руководил в Киевской области «переходами» храмов УПЦ в подчинение ПЦУ. Причем, драбинковские «активисты» приходили к верующим с огнестрельным оружием, а не только с болгарками.

Но и Драбинко – это не глава ПЦУ, а только один из функционеров среднего звена этой структуры. А что же Епифаний Думенко?

«Пастырский» пример

А Думенко, как «пастырь» для своего стада, показывает пример. Вместо того, чтобы остановить агрессию своих подопечных, он их только всячески поощряет. Епифаний называет верующих УПЦ «паразитами» и коллаборантами. Но самое главное даже не слова. Своими действиями он дает понять членам своей структуры, что полностью поддерживает их силовые действия по отношению к верующим УПЦ.

Например, он наградил мэра города Ивано-Франковска Руслана Марцинкива медалью «За жертвенность и любовь к Украине». Напомним, Марцинкив непосредственно руководил захватом кафедрального собора УПЦ Ивано-Франковска, во время которого применялся нервно-паралитический газ. А значит, медаль − это четкое и недвусмысленное подтверждение того, что «верной дорогой идете, товарищи».

***

Подводя итог, можно сказать, что действия Василия Лило в Боярке – это не исключение, а поведение, ставшее уже правилом в ПЦУ. Лило – это верхушка айсберга, большая часть которого скрыта в умах и головах тех, кто руководит ПЦУ.

В то же время, ответственность лежит не только на Думенко, Зоре, Драбинко и прочих, но и на всех тех, кто поддерживает и признает их в качестве законных архиереев. На совести Фанара и афонитов, греков, киприотов и александрийцев лежат слезы и плач тех верующих, которые потеряли свои храмы и молятся под открытым небом или в частных домах. Обычное молчание о той ситуации, в которой оказалась УПЦ – это уже плохо, а радостные встречи с теми, кто эту ситуацию создает – это преступление.

Конечно, хочется верить, что совесть у фанариотов и «иже с ними» проснется, что они возвысят свой голос и скажут Епифанию Думенко, что захватывать и увечить храмы нельзя. Но учитывая «эффект разбитого окна», надежды на это с каждым днем все меньше.

Читайте также