Притча: когда ангелы приходят
Если делаешь благое дело во славу Божью, на подмогу не только люди, но и ангелы приходят. Фото: masterovoi.ru
Стал он искать носильщиков, но никто не соглашался такой огромный камень к храму доставить дешевле, чем за пять алтын, а у человека таких денег не было.
Но вдруг подходят к нему четыре мужичка – маленькие, хилые – и говорят:
– Так и быть, мы донесем твой камень за пол-алтына, только ты подсобить нам должен. Мы этот камень тебе на спину взвалим, а сами будем с четырех сторон поддерживать.
Да меня тут же раздавит эта плита тяжеленная, а вы вон худые какие – тоже ее не удержите, – ответил человек.
– Сам решай, да подумай, для чего ты хочешь сделать подарок храму: для Бога постараться или перед людьми покрасоваться.
Подумал человек и говорит:
– Для Бога хочу постараться.
Помолился он и подставил спину.
Взвалили мужички плиту ему на спину, а она почему-то оказалась легче легкого. Быстро добрались они до храма. Развернулся человек, чтобы с мужичками расплатиться, а их и след простыл.
Так всегда бывает: если делаешь благое дело во славу Божью, на подмогу не только люди, но и ангелы приходят.
Читайте также
Почему Торжество Православия – это праздник художников
В Британском музее хранится небольшая икона – тридцать семь сантиметров высоты. Именно с нее стоит начать разговор о том, что произошло в марте 843 года.
Зарытый заживо: как игумен Афанасий переиграл королей и иезуитов
Его убивали трижды – отлучали от сана, заковывали в колодки, расстреливали. Восстанавливаем хронику подвига святого по документам.
Рассказы о древней Церкви: состояние духовенства в первые века
Источники этого времени рисуют довольно неоднозначную картину состояния клира. Чтобы ее себе представить, разберем три аспекта: образование, нравственность и обеспечение.
Математика узла: почему вервица остается бесшумным оружием
Предмет, который обыватель принимает за украшение, монах получает при постриге как духовный меч. Что прячется в девяти переплетениях одного узла?
Серебряные подсвечники: как милосердие становится ценой спасения души
Мы часто воспринимаем прощение как легкий жест. Но сцена из романа Виктора Гюго открывает иную правду: за свободу другого всегда приходится платить своим серебром.
Анатомия стыда: почему фреска Мазаччо передает боль
Перед нами образ, который разделил историю на «до» и «после». Фреска Мазаччо – это не просто искусство, это зеркало нашей катастрофы.