Авва Агафон и прокаженный

Милостыня. Фото: offshoreview.eu

Шел как-то авва Агафон в город для продажи скромного рукоделия и на дороге увидел лежащего прокаженного. Тот спросил его:

– Куда идешь?

– Иду в город, – отвечал авва Агафон, – продать свое рукоделие.

– Окажи любовь, снеси и меня туда.

Старец поднял его, на своих плечах отнес в город. Прокаженный сказал ему:

– Положи меня там, где будешь продавать свое рукоделие.

Старец так и сделал. Когда он продал одну вещь, прокаженный спросил его:

– За сколько ты это продал?

– За столько-то, – отвечал старец.

Прокаженный попросил:

– Купи мне хлеба.

Когда старец продал другую вещь, прокаженный спросил:

– Это за сколько продал?

– За столько-то, – отвечал старец.

– Купи мне еще хлеба.

Старец купил. Когда едва распродал свое рукоделие и хотел уйти, прокаженный спросил:

– Ты уходишь?

– Ухожу, – отвечал авва.

Прокаженный сказал:

– Окажи любовь, отнеси меня туда, откуда принес.

Старец исполнил и это. Тогда прокаженный сказал:

– Благословен ты, Агафон, от Господа на небеси и на земли.

Авва оглянулся на прокаженного – и не увидел никого. Это был Ангел Господень, пришедший испытать старца.

Читайте также

Кость земли: почему скальные монастыри Днестра невозможно уничтожить

Лядова и Бакота – это тишина внутри камня, пережившая набеги орды, взрыв и затопление. История о местах, где жизнь ушла под землю, чтобы сохраниться.

Крестовоздвиженское братство на Черниговщине: попытка жить по Евангелию

​В конце XIX в. миряне создали общину, где вера определяла не только богослужение, но и труд, воспитание, быт и отношения. Этот опыт оказался неудобен почти всем. Почему?

Слово Божие против нейрослопа: как сохранить человечность

​Информационный шум и ИИ-генерации приводят человека к животному состоянию. Как вдумчивое чтение Писания помогает сохранить смыслы, разум и образ Божий в эпоху нейрослопа.

Донатизм: как жажда идеальной Церкви превратила веру в поле боя

После гонений Диоклетиана Церковь Северной Африки раскололась. Герои не простили слабых, начав борьбу за «чистоту», которая обернулась социальным взрывом и насилием.

Бронзовый голос: как пасхальный звон возвратился в лавры

Когда Церковь хотели сделать немой, с колоколен сбрасывали колокола. Но звук вернулся – теперь он летит над полями и реками, напоминая, что мы больше не одни.

Соловки 1926: как лагерный барак стал самой свободной кафедрой в СССР

ОГПУ стянуло иерархов на остров, чтобы обезглавить Церковь. Но чекисты просчитались: они сами создали условия для Собора, у которого нельзя было ничего отнять.