«Нас сливают»? Церковь видела намного худшее

Бичевание Христа. Фото: facebook

Бегло читаю православные тг-каналы и сайты, заглядывая в их патриотические аналоги, я очень часто вижу одну мысль: «нас сдают, нас сливают». Новый факт, новый аргумент, новый довод и доказательства. И действительно, это оказывается правдой чаще, чем хотелось бы. Вот загубили что-то православное, вот кто-то сослужил с еретиками, вот элемент обновленчества, вот упустили важный момент противодействия Ватикану или Фанару, а они не упустили…

«У меня создается впечатление, что нас сливают» - написал мне мой друг незадолго до своей смерти. Я, каюсь, не сдержался и ответил: «нас сливают уже 2000 лет».

Дорогие мои, вы себе представляете хотя бы немного, как «сливали» Христиан с первых дней их существования? Как гнали и убивали их иудеи? Как сжигал и терзал император Нерон? Вы можете это сравнить с сегодняшними нашими трагедиями, когда власть не поддержала Церковь, или украинские раскольники отобрали сколько-то храмов? Разве запрещено Христианство в России? Разве киевский Крещатик в крестах-факелах из горящих собратьев? Нет, я не хочу сказать, что все гонения и тревоги наших дней незначительны. Я хочу лишь сказать, что Церковь видела намного худшее.

Зачем ходить далеко? Давайте вернемся ближе к нашим дням: гонения католиков и униатов на Православие после Брестской унии. Или совсем свежее: большевистские гонения…

Не хотим гонения? Давайте вспомним 90-е. Постсоветское пространство насыщена праведниками всех сект и мастей, оккультизм насилует девственное материалистическое сознание масс, а на западной Украине националисты буквально уничтожают три крупные православные епархии… Вспомнили?

Эти слова Честертона помнят, вероятно, все, но я повторю их заново:

«Христианский мир претерпел немало переворотов, и каждый приводил к тому, что христианство умирало. Оно умирало много раз и много раз воскресало — наш Господь знает, как выйти из могилы. Снова и снова переворачивалась Европа, и всякий раз в конце концов наверху оказывалась одна и та же вера. Она являлась в мир не как предание, а как новость…. Да, много раз — при Арии, при альбигойцах, при гуманистах, при Вольтере, при Дарвине — вера, несомненно, катилась ко всем чертям. И всякий раз погибали черти. Каким полным и неожиданным бывало их поражение, мы можем убедиться на собственном нашем примере».

Да, мы проигрываем каждый год и день. Но также было и со Христом. Гонения, предательство, клевета, осуждения, бичевание и Голгофа – все оказалось шагами на пути к Воскресению. Так отчего же горевать нам? От того, что нет постоянного Торжества? Так в чем же тогда будет наш крест, наше терпение, наше смирение, наша борьба? И разве мало нам Торжества из Торжеств – соучастия во Христовой Пасхе?

Читайте также

Когда никто не причащается

За 3,5 года эмиграции мы побывали в 12 странах. И везде стиарались участвовать в местной литургической жизни и причащаться

Глубинные причины военых неудач

То, что Залужному наконец разрешили высказаться о делах прошедших дней, я считаю хорошим знаком. Просроченного гаранта понемногу поджимают и дают вполне понятные намёки, даже англичане. И это лишь малая часть того, что сейчас можно рассказать о глобальных военных промахах правящей команды.

Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова

Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?

Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности

7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.

Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность

В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей

О двойных стандартах и избирательности церковных традиций

Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.