Изучаем богослужение: Великое славословие – гимн Богу при восходе солнца

В древние времена Великое славословие пели на встречу восходящему солнцу. Фото: zoom.ru

С суточным циклом богослужения сегодня сложилась достаточно необычная ситуация, так как утреню практически всегда служат вечером, а вечерню – нередко утром. Такая традиция немного искажает восприятие богослужения, но это не мешает нам в нем разбираться и понимать, что происходит в храме.

Каждая часть всего суточного цикла особенная, имеет свою историю происхождения и смысл. И в этот раз мы сосредоточимся на одновременно хвалебной и покаянной молитве – Великом славословии. Так как она помещается в самом конце утрени (а также на повечерии), то является весьма гармоничным «прологом» к литургии. Мне известны приходы, где в субботу вечером служат лишь девятый час и вечерню, а утреню, с 1-м, 3-м, 6-м часом – в воскресенье утром, как раз в преддверии литургии. Для современных прихожан такой порядок, возможно, немного непривычен, но зато каждая часть суточного богослужения попадает, хотя и не во всем, примерно на свое изначальное место.

Структура

Если мы откроем текст Великого славословия, то увидим, что его структуру можно разделить на три части.

Первая часть начинается со слов «Слава в вышних Богу» и заканчивается «На всяк день благословлю Тя, и восхвалю Имя Твое во веки, и в век века».

Вторая часть ограничена словами «Сподоби, Господи, в день сей без греха сохранитися нам» и «Благословен еси, Господи, научи мя оправданием Твоим».

Третья же – начинается с «Господи, прибежище был еси нам в род и род» и завершается на «Пробави милость Твою ведущим Тя».

Более древнее происхождение имеет именно первая часть. Исследователи полагают, что уже во второй половине IV столетия она употреблялась во время богослужения и была известна под наименованием «ангельского» или «утреннего» гимна. Данное молитвословие уже тогда являлось весьма популярным и довольно быстро распространилось по всему христианскому миру. Об этом свидетельствует от факт, что песнь «Слава в вышних Богу» была переведена на все христианские языки. Одним из наиболее древних считается греческий вариант, помещенный в седьмой книге «Апостольских постановлений», датируемых примерно 380 г. Также, например, к V-VI столетиям восходят сирийские и армянские переводы.

Уже во второй половине IV столетия эта песнь исполнялась во время богослужения и была известна под наименованием «ангельского» или «утреннего» гимна.

Если мы будем внимательны, то заметим, что первая часть Великого славословия начинается с ангельского пения, которым Небесные Силы возвещали Рождество Христово (Лк. 2, 14). Мне кажется, что лучше всего наше восприятие этих слов должно формироваться сквозь призму наставления святителя Григория Паламы: «По причине Родившегося сегодня и пастыри вместе с Ангелами составляют общий хор и тот же воспевает похвальный гимн и общую начинают песнь; не потому, что бы Ангелы взяли в руки пастырские свирели, но потому что пастыри были озарены светом Ангелов и оказались в среде небесного воинства и научаются от Ангелов небесному гимну».

Словами «Хвалим Тя, благословим Тя» начинается общее прославление Бога. В предложении «Господи Царю Небесный, Боже Отче…» мы, скажем так, конкретизируем свое славословие, выделяя Лица Святой Троицы. Когда хор поет «Господи Боже, Агнче Божий, Сыне Отечь», то этим он начинает довольно большой, по отношению ко всему тексту, христологический раздел. Пересмотрите эти слова еще раз, и вы поймете, как много догматов в них заключено.

Второй и третий разделы Великого славословия имеют более позднее происхождение и состоят в основном из ветхозаветных цитат, в частности, Псалтири и книги пророка Даниила. Хотя нельзя не сказать, что есть в них и самостоятельная, оригинальная молитва.

История

Интересно, что свидетельство одного из наиболее ранних употреблений гимна содержится в сочинении «О девстве», авторство которого приписывают святителю Афанасию Великому. Славословие здесь входит в утреннее правило для дев. Как я уже упоминал, в большинстве случаев, сегодня утреня служиться вечером, потому на Великом славословии мы традиционно включаем свет в алтаре. Можно сказать, что это отголосок древней традиции петь рассматриваемый гимн при восходе солнца. Об этом, к примеру, не раз упоминает в своих антиохийских проповедях святитель Иоанн Златоуст. В одном из писем к святителю Григорию Богослову Василий Великий, рассуждая о монашеской молитве, отмечает, что хорошо начинать день именно со славословия в честь Создателя, тем самым подражая Небесным Силам.

Вполне уместно допустить, что изначальный смысл Великого славословия привел к тому, что и сегодня оно поется после хвалитных стихир, являясь как бы их логическим продолжением. Эта традиция была закреплена в палестинском Часослове (VI в.) – «прадедушке» нашего современного Часослова, вобравшего из него многие богослужебные последования.

Кстати, возглас «Слава Тебе, показавшему нам Свет», с которого и начинается Великое славословие, являлся древним припевом к стихам хвалитных псалмов (148-150).

Великое славословие – это удивительное богослужебное песнопение, заключающее в себе огромное количество смыслов.

Стоит также отметить, что в традиции Западной Церкви, Великое славословие было включено в торжественную мессу. Впоследствии, все, кто принял римский литургический обряд, переняли и эту практику. А вот в константинопольском чине, в IX-XII, славословие пелось на утрене, только в центре храма, куда сходились и хор, и духовенство. При этом слова «Слава в вышних Богу» возглашались отдельным певцом прямо с амвона. По окончании пения совершался вход в алтарь с последующим прокимном и чтением Евангелия. Отголоском той традиции остается сегодняшнее исполнение Трисвятого сразу после Великого славословия.

Великое славословие – это удивительное богослужебное песнопение, заключающее в себе огромное количество смыслов. Вот возьмем только одну фразу: «Господи, прибежище был eси нам в род и род» (Пс. 89, 2).

«Почему это сказано, – вопрошает святитель Григорий Нисский и тут же сам отвечает, – потому, что Ты [Господи] прежде твари, объемлешь все вечное протяжение от того мгновении, когда естество века восприяло свое начало, и до того мгновения, когда придет конец; конец же нескончаемого – беспредельность».

По слову святителя Афанасия Великого, в обращении «Аз рех: Господи помилуй мя, исцели душу мою, яко согреших Тебе» (Пс. 40, 5), царь Давид, а вслед за ним и мы, молимся о своих грехах, как познавшие их в себе самих, понимая собственную нищету и убогость.

*   *   *

Безусловно, о всех смыслах каждой отдельной фразы, во время молитвы в храме, не упомнишь, но этого, пожалуй, и не нужно делать, чтоб не отвлекаться. Важнее, наверное, просмотреть их заранее, постараться как-то проникнуться, уловить общее содержание и настроение, чтоб уже на богослужении искренне возносить славословие к Самому Владыке вселенной.

Читайте также