Великое в ничтожном, ничтожное в великом

Богослужебный хлеб – просфора. Фото: icons.pstgu.ru

Сегодня роль хлеба, именно как продукта, несколько приуменьшается. С одной стороны, при формировании так называемого здорового питания хлеб практически полностью исключается, а содержащиеся в нем витамины и микроэлементы восполняются другими продуктами. С другой стороны, словосочетание «жить на хлебе и воде» служит негативным маркером, указывающим на жизнь в нищете. Но мы прекрасно знаем, что именно к такому «неблагополучному» образу хлеба и обращается Господь, когда через слова Священного Писания раскрывает основу человеческой жизни.

У пророка Исайи находим такие слова: «Тот, кто ходит в правде и говорит истину; кто презирает корысть от притеснения, удерживает руки свои от взяток, затыкает уши свои, чтобы не слышать о кровопролитии, и закрывает глаза свои, чтобы не видеть зла; тот будет обитать на высотах; убежище его – неприступные скалы; хлеб будет дан ему; вода у него не иссякнет» (Ис. 33, 15-16).

Христианство – не религия процветания, где за добродетельную жизнь Бог дарует земные блага. Более того, как раз самые великие праведники несли самые тяжелые жизненные кресты. Мы спросим: «Почему Господь возлагал на них такие ноши?», – ответ здесь довольно прост: а потому что они могли их понести.

Хлеб – пища твердая, предназначенная для употребления взрослым, и для младенцев, питающихся молоком, он будет неудобоваримым. Так и учение Господне – воспринять его способен лишь полноценно сформированный во всех смыслах человек.

В словах пророка Исайи идет речь не о земном, а о духовном хлебе и о духовной воде. Через своего служителя Бог показывает основу подлинной человеческой жизни. Образ хлеба, отмечает святитель Григорий Великий, здесь используется как образ Слова Божьего, а образ воды – как образ Святого Духа. Хлеб – пища твердая, предназначенная для употребления взрослым, ведь младенцы питаются молоком и не способны переварить сложные углеводы. Точно так и учение Господне – воспринять его способен лишь полноценно сформированный во всех смыслах человек. Младенец же только начинает свой путь становления.

Конечно, есть те, кто, неизбежно прибавляя себе года, продолжает оставаться в состоянии младенчества, и чем старше человек становится, тем более уродливые формы это приобретает. Состояние человечности можно принять за «ноль», оттолкнувшись от него, восприняв духовный хлеб, человек может начать свой путь восхождения к обожению. Но есть и те, кому даже для выхода в «ноль» требуется много усилий и времени.

Думаю, что сказанное нельзя строго отнести к людям верующим или неверующим. Бывает и так, что человек достаточно долго находится в церковной ограде, выполняет какие-то молитвенные правила, участвует в таинствах, а христианское учение «переварить» не может, он даже не подбирается к нему, полностью оставаясь инертным к Священному Писанию, к творениям отцов, к тому, во что он собственно верит. Так и получается, что предпринятые труды не дают практически никакого результата. И пусть теперь каждый с этой позиции оценит себя.

Вхождение в Церковь возможно лишь через воды святого крещения, а уже обитающему в Ней – преподается Хлеб жизни, т.е. Сам Христос.

Немного другое понимание хлеба и воды находим у святителя Кирилла Александрийского. Все перечисленное в словах пророка Исайи является как бы характеристикой христианской жизни. Вхождение в Церковь возможно лишь через воды святого крещения, а уже обитающему в Ней – преподается Хлеб жизни, т.е. Сам Христос. Очевидно, что это не противоположные понимания хлеба и воды, ведь невозможно представить Христа без учения о Нем Самом и о совершенном Им подвиге, как и крещенские воды, остались бы просто водой без действия в них Святого Духа. Так что каждый из святителей более широко раскрывает ту или иную сторону христианского понимания хлеба и воды.

В разговоре о хлебе есть еще один довольно интересный аспект. Вначале был отмечен тот факт, что сегодня образы хлеба и воды большинство людей связывают с нищетой, при этом и сама нищета воспринимается как нечто исключительно негативное. Конечно, при внешней оценке, при ценностной ориентации исключительно на чувственный опыт, на материю, так оно и выходит. Однако за внешней «примитивностью» могут скрываться великие вещи.

Современный же человек, утратив восприятие мира в каком-либо измерении, кроме материального, многое профанирует. «Великое считаете вы малым и незначительным и щедродаяние Владыки всего ограничили вы весьма небольшими размерами», – писал святитель Кирилл еще в V веке. Прошло более полутора тысяч лет, а ситуация только усугубилась. Тот факт, что образ хлеба, имевший для человека прошлого важное значение, как основы жизни, сегодня трансформировался в образ чего-то не важного, а потом и вредного, недолжного, в чем нет ничего хорошего – лишний раз подтверждает сказанное. В гедонистической цивилизации потребления и комфорта нет места ни для чего великого и значимого, все перемалывается, уничижается и исторгается. Я не говорю, к примеру, что нищета – это хорошо, но у нищего человека, питающегося лишь хлебом и водой, может быть великая душа, великие мысли, великие цели и устремления. Сегодня же мы живем в мире-перевертыше, где понимание величия уже как-то перманентно связано с внешним успехом.

Христиане – часть общества, в котором живем, потому происходящие в нем негативные процессы в той или иной мере влияют и на нас.

А что же мы, христиане? Мы – часть общества, в котором живем, потому происходящие в нем негативные процессы в той или иной мере влияют и на нас. Подумаем над тем, что и христиане могут профанировать христианство, сводить его к суевериям, обрядовости или страху. Это все не может не отражаться на духовной жизни, в итоге последствия могут найти свое отражение и на самом главном – на Хлебе Жизни. Речь идет, конечно, о недостойном Причастии. Проблема кроется не в вычитанных или невычитанных канонах, а в нашем внутреннем духовном настрое.

У преподобного Симеона Нового Богослова находим довольно отрезвляющие, но весьма характерные наставления, цитата довольно обширная, но давайте внимательно ее прочтем: «Хлеб сей для тех, которые не возвысились над чувственным, является простым хлебом, хотя таинственно он есть свет невместимый и неприступный, равно как и вино таинственно есть свет, жизнь, огнь, вода живая. Итак, когда вкушаешь ты Божественный Хлеб сей и пьешь сие Вино радования, а между тем не ощущаешь, что зажил жизнью бессмертною, восприняв в себя силу светоносную и огненную, как пророк Исаия приял в уста угль горящий, и что испил Кровь Господню, как воду живую... если, говорю, не ощущаешь в себе, что приял нечто из того, о чем я сказал теперь; то как думаешь, что приобщился Жизни Вечной, приступил к неприступному Свету Божества, причастен стал света непрестающего? Нет, брате мой, нет; ничего такого не совершилось с тобою».

Разговор о значении хлеба как такового и его образа для современного человека можно продолжать еще долго, но и уже сказанного вполне достаточно, чтоб понять, что восприятие образа хлеба в обществе и, по сути, неуважительное к нему отношение, отражает весьма печальное духовное состояние этого общества. К сожалению, это состояние обретается и в нас, христианах. Наше дело не только их видеть, не только критиковать, но отыскивать в себе и исправлять.

Читайте также