Притча: преподобный Амвросий Оптинский о скупости
Преподобный Амвросий Оптинский. Фото: azbyka.ru
Cпросил один человек у старца Амвросия Оптинского:
– Что мне делать? Скуплюсь я, отче.
– Начни отдавать сначала то, что тебе не нужно. Потом будешь в состоянии давать больше, даже лишив себя нужного. И придет день, когда ты будешь готов отдать все, что имеешь, – ответил старец и рассказал такую притчу:
Один странник пришел в деревню и стал просить милостыню. Сначала он обратился к скупой женщине – и та отдала ему старый платок. Другая не пожалела для странника много хороших вещей. Только ушел он от них, как вспыхнул пожар и все сгорело. Странник поспешил вернуться и отдал погорельцам все, что получил: той, что много дала, много и вернул, а скупой отдал только ее рваный платок.
Читайте также
Серебряные подсвечники: как милосердие становится ценой спасения души
Мы часто воспринимаем прощение как легкий жест. Но сцена из романа Виктора Гюго открывает иную правду: за свободу другого всегда приходится платить своим серебром.
Братства: сетевая структура против империи
В 1596 году православие в Украине объявили «мертвым». Но пока элиты уходили в костелы, простые мещане создали структуру, которая переиграла империю и иезуитов.
Анатомия стыда: почему фреска Мазаччо передает боль
Перед нами образ, который разделил историю на «до» и «после». Фреска Мазаччо – это не просто искусство, это зеркало нашей катастрофы.
Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы
Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.
Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?
Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.
Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти
Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.