Благовещение: праздник, с которого все началось

О самом торжестве уже много сказано и написано, но, к сожалению, нас все это интересует не особо. Да, мы хорошо знаем сюжет Благовещения Пресвятой Богородицы, немного знакомы с его иконографическими образами, однако, по большей мере, все это само «прилетает» в наши уши и глаза. А вот когда заходит речь о святоотеческом мнении, то здесь и возникают некоторые проблемы.

Сегодня достаточно просто открыть браузер и найти слова или проповеди святых отцов на те или иные евангельские события, чуть глубже погрузиться в знакомые смыслы, но до этого часто руки попросту не доходят. Канун Благовещения – хороший повод хотя бы кратко ознакомиться с тем, что говорили о Благовещении светочи Церкви.

Коснемся мы совершенно разных эпох, а начнем с первой половины V столетия и со святителя Прокла Константинопольского. Мы уже привыкли к евангельским чудесам, но владыка Прокл нам напоминает, что в день Благовещения произошло невероятное: ограниченное чрево Девы вместило в себя невместимого и неограниченного Бога. Женщина, будучи дверью греха для человеческого рода, теперь стала дверью спасения. У святителя Прокла находим мы мысль, благодаря которой каждый лично может приблизиться к тайне Благовещения. В этот сокровенный момент Сын Божий не просто вочеловечился, «вселившись во чрево Девы, Он облекся в меня осужденного», ради того, чтоб меня спасти. Как все просто и глубоко!

В день Благовещения произошло невероятное: ограниченное чрево Девы вместило в себя невместимого и неограниченного Бога. Женщина, будучи дверью греха для человеческого рода, теперь стала дверью спасения.

Через сотню лет святителю Софронию Иерусалимскому доведется противостоять такой новой ереси как моноэнергизм, легшей в основу монофелистсва. Это именно он в свое время повлиял на преподобного Максима Исповедника – главного борца за чистоту веры в ту эпоху. Отсюда и святительское слово на Благовещение, пронизаное полемикой против всякого, кто искажает христианские догматы. Он пишет, что те, кто не признает воплощения Сына Божьего, совершенного в день Благовещения, возводят нечестие на сам Крест, ведь на Кресте было распято реальное человеческое Тело Христа, зачатое в момент схождения Святого Духа на Деву Марию.

«Мы же, питомцы благочестия и противники хитросплетения оных акефалов, будем крепко держаться отеческих догматов», –  говорит святитель.

Хорошо нам знакомый святитель Андрей Критский является автором не только покаянного канона, есть у него и слово на Благовещение Пресвятой Богородицы. Он пишет, что это торжество восстановления человеческого рода, обновление заложенного в нас образа Божьего и перемена нашего состояния на лучшее, процесс восхождения на Небеса. Теперь и Силы Бесплотные вступают в новый с нами союз, ведь мы примиряемся с Творцом, «им приятны возвращение наше к Богу, – продолжает святитель Андрей, – переход и восхождение к лучшему состоянию, потому что они весьма сострадательны и любвеобильны». Он также же говорит, что в момент Благовещения человеческую нищету Отец обручает Своему Сыну – что может быть еще возвышенней и важнее!

Не признающие воплощения Сына Божьего, совершенного в день Благовещения, возводят нечестие на сам Крест, ведь на Кресте было распято человеческое Тело Христа, зачатое в момент схождения Святого Духа на Деву Марию.

Со словами святителя Софрония в чем-то перекликаются мысли святителя Фотия Константинопольского, жившего практически через триста лет после него. Благовещение он называет началом всех торжеств, так как именно с него и начался путь спасения человечества, окончившийся затем на Голгофе и в погребальной пещере. Этот день объединяет и пророков, на протяжении веков возвещавших пришествие Спасителя, и апостолов, чье евангельское слово покорило всю вселенную, и мучеников, своею кровью засвидетельствовавших истинность христианской веры. «Ныне Дева от лица всего человеческого рода становится невестою общего Господа».

Переносясь в XIV век, у святителя Григория Паламы находим возвеличивание Богородицы как нашей госпожи и владычицы. Это Она зачала в девстве Бога. Это Она свободная от рабства участница божественного господства. Это Она источник и корень освобождения человеческого рода. Это Она средоточие человеческих и божественных дарований. «Не было иной женщины, хотя бы и прославленной, которая преизбыточеством славы настолько была бы славна, что равнялась бы Богородице Деве», – восклицает святитель Григорий.

«Не было иной женщины, хотя бы и прославленной, которая преизбыточеством славы настолько была бы славна, что равнялась бы Богородице Деве».

Святитель Григорий Палама

Младший современник святителя Григория Паламы, праведный Николай Кавасила, говорит, что именно в день Благовещения нам подобает радоваться как никогда. Что может быть радостней для творения, как ни возможность видеть Творца в себе самом, когда Владыка мира, не переставая быть Владыкой, входит в круг рабов. Царь, облекаясь в образ раба, не утрачивает Своего богатства, но передает его нищим. Это не Он ниспадает с высоты, но нас туда возводит. Радуется с нами сегодня и сама Богородица, ведь прежде всех и преимущественно перед всеми дары Господни были даны Ей. «Не только Бог, через Ее посредство, но и Она Сама, через то, что знала и предвидела, приготовила воскресение людям».

Напоследок хотелось бы вспомнить удивительную мысль святителя Филарета (Дроздова). Он делает акцент на словах Девы, обращенных к архангелу Гавриилу: «Се раба Господня: буди мне по глаголу твоему» (Лк. 1, 38). Здесь мы видим добровольное согласие Богородицы на непорочное зачатие. Святитель Филарет со страхом дерзает говорить, что в этот момент «слово твари низводит в мир Творца». Здесь хочется попросту помолчать.

Святоотеческая мысль никак не ограничивается сказанным, потому стоит к ней обращаться, так она становится замечательным украшением всякого христианского торжества.

Читайте также