Почаевская Лавра – украинский Афон: заметки паломника

Поток верующих на святую Почаевскую гору не уменьшается. Фото: СПЖ

О Почаевской Лавре написаны книги, сложены песни, сняты фильмы. История ее столь обширна, что писать о ней трудно. Легче приехать сюда, пожить в прекрасно оборудованной гостинице для паломников, посетить святыни, храмы и богослужения, чтобы убедиться: на Святой Горе действительно почивает благодать Божия.

Здесь невидимо присутствует Сама Матерь Божия, Которая в 1240 году явилась инокам на горе в огненном столпе, оставив на камне, как в мягком воске, отпечаток Своей правой стопы. Из него забил чудотворный источник, который течет и поныне, вот уже почти восемь столетий.

Как свидетельствует предание, Киево-Печерские монахи, спасаясь от татаро-монгольского ига, ушли на запад и основали на Волыни Почаевский монастырь в память о реке Почайне, в которой святой равноапостольный князь Владимир крестил Русь.

Первое впечатление: «Тут какая-то тайна»

Автору этих строк доводится часто бывать в Почаеве. Однако более всего запомнилась первая встреча с древней обителью еще в 1980-х годах, когда Лавра находилась под игом советского атеизма, а в здании нынешней Почаевской духовной семинарии действовал музей атеизма. Группы туристов непременно заводили в этот музей, где главным символом пропаганды была цитата Ленина: «Религия – опиум для народа». Вот как я написал об этой встрече годы спустя:

«Помню, как был поражен Троицким собором Лавры, возведенным в начале прошлого столетия (1906–1912). Академик А. В. Щусев решил за тысячу километров на запад, у рубежа католического мира, повторить на Почаевской горе Троицкий храм Троице-Сергиевой Лавры.

Тогда я, еще очень далекий от веры молодой советский журналист, будто увидел древнюю историю воочию: волны людского моря колыхались между сине-голубыми стенами с суровыми ликами святых. Литургия только что закончилась, и народ, среди которого было много "сирых и убогих", на самодельных инвалидных колясках, с котомками за плечами, направлялся к золотому кресту, который держал в руках иеромонах… Я не знал тогда о масштабах гонений на Церковь, о море пролитой крови исповедников ХХ века. Не знал и о тяжелых хрущевских временах, когда тернопольские партийные чиновники проводили в жизнь атеистические директивы, а местная милиция устраивала облавы в Лавре.

"Тут какая-то тайна", – подумал я тогда удивленно…»

Преображение Лавры

Сегодня обитель живет, как и прежде, в молитвах и трудах. За период независимой Украины Лавра буквально преобразилась. То, что было отобрано у нее, было возвращено: обширные хозяйственные территории, мастерские, типография. Корпуса, где царствовала «мерзость запустения», восстановлены. В бывшем монашеском корпусе, где власти, как бы в отместку верующим, разместили клинику для душевнобольных, теперь прекрасная гостиница для паломников с чудесной трапезной, где каждый отдыхает душой и телом.

Но величайшим достижением братии во главе с наместником, митрополитом Почаевским Владимиром (Морозом), стало возведение нового уникального Преображенского собора.

По величине он занимает одно из первых мест в Европе и поражает красотой, убранством, чудесными мозаичными росписями.

Как объяснил в свое время наместник, строительство собора было вызвано огромным притоком паломников, которые просто не помещались в двух действующих соборах Лавры – Успенском и Троицком.

Лавра сегодня: молитва и испытания

Недавно удалось поговорить с некоторыми насельниками Лавры о жизни обители в нынешних условиях. Число братии за последние годы не уменьшилось, а, возможно, даже возросло. Что касается притязаний греко-католиков и раскольников на служение в Лавре и попыток властей перевести монастырь в статус государственного заповедника, то все эти вражеские инициативы остались тщетны.

«Ведь Матерь Божия хранит обитель от посягательств», – пояснил мне один из прихожан, житель Почаева.

Кто-то может не поверить, но, несмотря на гонения, которые переживает сегодня Украинская Православная Церковь, поток верующих на святую Почаевскую гору не уменьшается.

Достаточно вспомнить недавний крестный ход из Каменца-Подольского в Почаев, в котором приняло участие около 20 тысяч верующих. По слову светлой памяти Блаженнейшего Митрополита Владимира (Сабодана), «к пустому колодцу люди не идут». Каноническая Православная Церковь остается несокрушимым свидетельством веры во Христа, и врата ада, по слову Спасителя, не одолеют ее (Мф. 16:18).

Читайте также

Гора Каранталь: испытание покоем

Скальная вершина стоит стеной между шумом Иерихона и тишиной пустыни. Здесь молчание – как зеркало, проявляющее то, из чего мы сделаны на самом деле.

Герои под низким потолком: о литературе, которая разучилась видеть вечное

Современная проза все чаще напоминает эмоциональную аптечку, лишенную надежды. Почему подмена нравственного выбора травмой забирает у нас небо и делает литературу тесной?

Бумажная крепость: григорианский раскол 1925 года

В 1920-е годы екатеринбургские соборы пустовали при полной поддержке властей. Как проект ОГПУ по созданию послушной церкви разбился о сопротивление верующих.

Кость земли: почему скальные монастыри Днестра невозможно уничтожить

Лядова и Бакота – это тишина внутри камня, пережившая набеги орды, взрыв и затопление. История о местах, где жизнь ушла под землю, чтобы сохраниться.

Крестовоздвиженское братство на Черниговщине: попытка жить по Евангелию

​В конце XIX в. миряне создали общину, где вера определяла не только богослужение, но и труд, воспитание, быт и отношения. Этот опыт оказался неудобен почти всем. Почему?

Слово Божие против нейрослопа: как сохранить человечность

​Информационный шум и ИИ-генерации приводят человека к животному состоянию. Как вдумчивое чтение Писания помогает сохранить смыслы, разум и образ Божий в эпоху нейрослопа.