О радости встречи с Небом
Праздник Преображения Господня. Фото: Facebook
Кто бывал в праздник Преображения Господня на Фаворе знает, что когда в конце ночной литургии облако чудесным образом опускается на тысячи богомольцев, все вытягивают свои руки высоко вверх. Зачем? Не знаю. Может потому, что хочется потрогать чудо, прикоснуться к благодати, принять радость и торжество праздника. Вполне вероятно. Но одно мне понятно наверняка, что и жить надо так, с поднятыми к Небу руками. Жить надо как в этот день, точнее говоря - ночь, когда все как один устремлены Туда, приподняты, воодушевлены и подтянуты. Трудно так жить, но Преображение подсказывает, что радость встречи с Небом вполне вознаграждает все наши трудности ради такого замечательного дня.
С праздником Преображения Господня!
Читайте также
Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова
Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?
Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности
7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.
Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность
В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей
О двойных стандартах и избирательности церковных традиций
Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.
Алогичность любви
Поступки истинной любви не поддаются логике: они следуют сердцу, жертвуют собой и отражают евангельскую сущность Христа.
Справедливость не по ярлыкам
В Украине все чаще вместо доказательств используют ярлыки. Одних клеймят за принадлежность, другим прощают предательство. Когда закон становится избирательным, справедливость превращается в инструмент давления, а не защиты.