Равноапостольная, которую причислили к блудницам
Она не совершала плотских грехов. Но Запад испортил ее биографию, и подвиг верности подменили трогательной историей раскаяния.
На полотнах европейских художников ее изображают с распущенными волосами и обнаженным плечом, в слезах и с черепом, лежащим рядом на столе. Тициан, Караваджо, Жорж де Латур, а впоследствии – кинорежиссеры и авторы мюзиклов считали, что знают о жизни этой падшей женщины все. Но главный источник - Евангелие о плотских грехах Марии Магдалины не говорит ни слова.
Произошла вопиющая подмена. Вместо женщины невероятного мужества перед нами рисуют образ раскаявшейся женщины легкого поведения. Такое ощущение, что подвиг ее верности Богу вообще проигнорирован историей.
Семь бесов – это болезнь, а не страсти
Мария из Магдалы, рыбацкого городка на западном берегу Галилейского озера, в Евангелии упоминается вскользь. Евангелист Лука перечисляет тех, кто ходил за Христом по городам и селениям: «И некоторые женщины, которых Он исцелил от злых духов и болезней: Мария, называемая Магдалиною, из которой вышли семь бесов, и Иоанна, жена Хузы, домоправителя Иродова, и Сусанна, и многие другие, которые служили Ему имением своим» (Лк. 8:2–3).
Кажется, что вот же – однозначное доказательство греховности Марии. Но, мало кто знает, что «семь бесов» на евангельском языке – это описание одержимости, то есть тяжелейшего мучения, к нравственному выбору человека отношения не имеющего.
Бесноватого в Евангелии никто не обвиняет. Люди его жалеют, а Христос исцеляет.
Лука не только перечисляет имена верных Спасителю женщин, но и уточняет, что они «служили Ему имением своим», то есть – жертвовали свои деньги на нужды апостольской общины. Наравне с Марией названа Иоанна, жена управляющего хозяйством Ирода Антипы. Компания, в котору попала Мария, – состоятельные женщины, спонсирующие служение Христа и апостолов. Падшая блудница никогда бы не вошла в такой знатный круг.
Подвиг на Голгофе
Дальше евангельский текст все шире раскрывает суть духовного подвига Марии. В ночь ареста Иисуса все ученики разбежались по сторонам. Дальше был суд у первосвященников, кричавшая «Распни его!» толпа, смертный приговор, дорога на казнь. И вот наступает момент, когда у Креста остаются только женщины. Матфей, Марк и Иоанн пишут об этом независимо друг от друга (см. Мф. 27:55–56; Мк. 15:40; Ин. 19:25). Из двенадцати апостолов остался только Иоанн Богослов. Остальные трусливо спрятались за закрытыми дверями сионской горницы.
Нужно хорошо понимать исторический контекст того времени. Стоять рядом с осужденным за мятеж означало публично назваться приближенным к преступнику человеком. А если в этот момент находиться в двух шагах от солдат, которые в любой момент могут тебя казнить - это двойное самоубийство.
Апостолы бежали потому что у них рухнули мессианские ожидания. Мессия должен был побеждать завоевателей, а не висеть на кресте. Женщины не имели завышенных ожиданий, но имели любовь, которая никуда не делась даже когда Мессия был предан позору. Святитель Иоанн Златоуст подчеркивал, что «в этом особенно видно их мужество».
И там же, у Креста, а потом у погребальной пещеры евангелисты упоминают Марию первой в списке женщин. В древней рукописи это тоже не могло быть случайностью.
Главная свидетельница чуда
Представьте судебный процесс, когда обвиняемый мертв, его близкие друзья разошлись, и единственный человек, готовый свидетельствовать о случившемся, – тот, чьи показания не принимаются из-за пола этого свидетеля.
Если бы кто-то захотел сделать историю Воскресения Христова убедительной для всех, главным свидетелем он сделал бы кого угодно, только не женщину.
После казни Иисуса Иерусалим оставался местом, где христианину было лучше не появляться на людях. Мария же бесстрашно идет к гробнице с ароматами, чтобы окончить обряд погребения, прерванный наступлением субботы. Она идет к запечатанному гробу, зная о страже и не зная, кто ей отвалит камень.
Святитель Димитрий Ростовский по этому поводу замечает: «Мария Магдалина явила себя мужественнее и преданнее апостолов. Когда почти все апостолы бежали и скрылись, – Мария Магдалина любовью победила страх».
Красивая проповедь, которая переписала житие
Так все же, откуда на европейских картинах взялись череп и распущенные волосы?
Около 591 года святитель Григорий Великий, папа Римский, произнес очередную беседу на Евангелие. В ней он обобщил трех разных женщин: Марию Магдалину, Марию из Вифании, сестру Лазаря, и безымянную грешницу, помазавшую ноги Иисуса в доме Симона фарисея (Лк. 7:36–50). Логика у архиерея была чисто проповедническая: в таком случае получался цельный, сильный сюжет о падении и прощении.
Но в этом случае логика, к сожалению победила истину. Западная иконография, а за ней литература и кино получили яркий образ героини с ложной биографией.
На христианском Востоке это обобщение не принимали никогда. Святитель Димитрий Ростовский писал, что «восточная православная Церковь ныне, как и прежде, признает все эти три личности за различные, не желая основывать исторические сведения на произвольных, только вероятных толкованиях». Он же уточняет, что смешивали этих женщин блаженный Иероним, блаженный Августин и святитель Григорий Великий, а различали священномученик Ириней, Ориген и святитель Иоанн Златоуст.
Есть у него и аргумент от здравого смысла. Мария долго и открыто ходила за Христом. Противники Спасителя искали любой повод для Его обвинения и не упустили бы такого. Женщина с порочным прошлым в ближайшем окружении Учителя – подарок для обвинителей. Но источники об этом молчат.
Показательно, что даже на Западе, у Фомы Аквинского в толковании на Евангелие от Иоанна, титул за Марией закреплен совсем другой. «Она стала апостолом апостолов, ибо ей было доверено возвестить ученикам о Воскресении Господнем», - убежден богослов.
Различать этих женщин официально Рим стал только в 1969 году, при реформе календаря: с этого момента 22 июля у католиков посвящено исключительно Марии Магдалине, а память Марии из Вифании перенесена на 29 июля. Такая вот сдержанная литургическая правка, прекращающая тысячелетние споры.
Гендерный переворот
Воскресным утром одиннадцать апостолов сидят взаперти. Позади - предательство, бегство и разрушение их надежд. И вдруг заходит женщина, которая все время была рядом с ними на вторых ролях, оплачивала ночлег и не задавала Богу духовных вопросов. Но она говорит им то, что они потом передали всему миру.
Этот факт мгновенно разрушает миф о Марии как блуднице. Она стояла у Креста без всякого греховного бэкграунда, просто потому, что любила Иисуса и оставалась Ему верной. У Его гроба в одиночесвте тоже осталась именно она и она же первой узнала, что Иисус воскрес и спасение совершилось.
