Помощь, о которой Бог не просил
Оза хотел только одного – чтобы святыня не упала в дорожную пыль. Почему за этот благой жест он поплатился жизнью и кто на самом деле виноват в его смерти?
Из Кириаф-Иарима в Иерусалим движется процессия из тридцати тысяч отборных воинов. Гремят тимпаны и кимвалы. Царь Давид и весь Израиль ликуют: ковчег Завета наконец везут в новую столицу.
Ковчег – небольшой ящик из дерева ситтим, два с половиной локтя в длину и полтора в ширину и высоту, обложенный золотом. Для Израиля это главная святыня, место, где Бог являет Свое присутствие среди народа. Долгие годы он простоял в доме Аминадава. Теперь святыню везут его сыновья – Оза и Ахио.
Идея, взятая у филистимлян
Библия описывает сборы перед походом так: «И поставили ковчег Божий на новую колесницу» (2 Цар. 6:3). Новая колесница, крепкие волы, надежные возницы. Казалось бы, все очень продумано.
Но откуда взялась сама идея перевозки святыни? За несколько десятилетий до этого ковчег побывал в плену у филистимлян. Когда на захватчиков обрушились различные беды, жрецы посоветовали отправить ковчег назад. Коровы без возницы повезли святыню в израильский Вефсамис. Они мычали, но «не уклонялись ни направо, ни налево» (1 Цар. 6:12). Ковчег доехал благополучно.
Так появился образец транспортировки святыни. Правда, образец этот был языческим.
У Израиля был свой порядок, записанный в Законе. Когда Моисей раздавал левитам повозки для скинии, он дал их двум родам, а третьему – нет. «Сынам Каафовым не дал, потому что служба их – носить святилище; на плечах они должны носить» (Чис. 7:9).
Для ручной переноски ковчега были сделаны специальные шесты, обложенные золотом. Вынимать их из колец запрещалось. Об этом все знали – или должны были знать.
Инцидент на гумне Нахона
Процессия доходит до гумна Нахона – утоптанной площадки, где молотят зерно. Здесь волы оступаются. Колесница резко накреняется, ковчег вот-вот соскользнет на землю. И тогда «Оза простер руку свою к ковчегу Божию и взялся за него, ибо волы наклонили его» (2 Цар. 6:6).
Кто из нас поступил бы иначе? Святыня падает – значит, нужно ее быстро подхватить. Это почти бессознательный жест. Оза не думал о ритуальных правилах. Он просто не хотел, чтобы ковчег разбился или упал в придорожную пыль.
Дальше Писание говорит об Озе, что «поразил его Бог там же за дерзновение, и умер он там у ковчега Божия» (2 Цар. 6:7).
Слово «дерзновение» встречается в еврейском тексте Библии только один раз, и переводчики до сих пор спорят о его смысле. Его понимают как «ошибку», «непочтительность» или «опрометчивость». Книга Паралипоменон уточняет, что Бог «поразил его за то, что он простер руку свою к ковчегу» (1 Пар. 13:10).
Праздничная радость сразу же сходит с лиц путников, а место трагедии получает имя «Перец-Оза» – «поражение Озы».
После этого события Давид, по слову Писания, «устрашился» (2 Цар. 6:9). Везти святыню дальше он не решается и оставляет ее в доме Аведдара Гефянина.
Закон предупреждал левитов-каафитов, носивших святыни: «не должны они касаться святилища, чтобы не умереть» (Чис. 4:15). Оза коснулся. Но ведь не только он был виноват в трагедии!
Кто запустил цепочку ошибок?
Блаженный Феодорит Кирский задает тот же вопрос: за что умер Оза? И сам же отвечает неожиданно. Он считает, что «не за опрометчивость понес он наказание, потому что когда наклонилась колесница надлежало поддержать ее рукою».
Причину Феодорит видит в ошибочном способе транспортировки ковчега. «Бог повелел носить кивот священникам на раменах, они же вопреки закону везли на колеснице; ввело же их в обман то, что кивот, отосланный так иноплеменниками, никому не причинил вреда», - считает толкователь.
Филистимлянам Бог простил то, чего не простил Израилю. Почему? Феодорит объясняет: «надлежало знать, что иноплеменники и закона не знали, и священников не имели, чтобы перенести кивот по закону».
С тех, кто не знал, и спрос другой. Израиль же знал – и все равно решил, что удобнее поступить по-язычески.
Рука Озы на ковчеге стала лишь последним звеном преступной цепочки. Своеволие израильтян началось задолго до гумна Нахона, когда кто-то решил, что везти святыню на колеснице надежнее.
Давид понял, что виноваты все
Три месяца ковчег простоял в доме Аведдара, и Господь благословил этот дом. Давид за это время успел многое осмыслить. Когда он решился на вторую попытку переноса ковчега, то сказал честно: «Господь Бог наш поразил нас за то, что мы не взыскали Его, как должно» (1 Пар. 15:13).
Не «его (Озу)», а «нас». Царь не сваливает вину на погибшего. Ответственность лежит на всех, кто готовил процессию, вплоть до самого Давида.
На этот раз левиты понесли ковчег уже «как заповедал Моисей по слову Господа, на плечах, на шестах» (1 Пар. 15:15). Через каждые шесть шагов приносили жертву. А сам Давид в льняном ефоде «скакал из всей силы пред Господом» (2 Цар. 6:14). Радость вернулась в стан богомольцев.
Почему это не жестокость
История Озы до сих пор многих смущает. Человек хотел помочь – и умер. Где же здесь милость?
Ответ кроется в том, что человеческая логика говорит: главное – не способ, а результат. Довезли ковчег целым – значит, все сделали правильно. Не важно, на колеснице или на плечах, лишь бы было удобно и быстро.
Небесная логика другая. Бог Сам определил, как следует подходить к Его святыне. Этот порядок нужен не Богу, а человеку. Он напоминает, что к святыне нельзя относиться как к вещи, которую можно погрузить на телегу и подстраховывать руками. Когда мы начинаем распоряжаться святыней на свое усмотрение, даже самый благой порыв может оказаться гибельным.
Эта история о внимании к Божиим заповедям. Даже наши добрые намерения не отменяют установленного Им порядка. Давид понял это и через три месяца приказал нести ковчег так, как велел Закон. И тогда та же святыня, что принесла смерть Озе, принесла благословение дому Аведдара и радость всему Израилю.
