Смертоносная спираль человеческой ненависти
Трагедия Гражданской войны в Ливане - наглядный механизм того, как дегуманизация и страх превращают человека в озверевшее существо.
13 октября 1990 года – официальное окончание Гражданской войны в Ливане. Сегодняшний наш разговор не о политике и не о войне. Описанная здесь история – лишь иллюстрация того, как легко человек в своей озлобленности может превратиться в дьявола. Мы покажем сам механизм и последовательность такого превращения.
Благополучная швейцария Ближнего Востока
Ливан конца 60-х годов прошлого века. Эту страну еще называли «ближневосточной Швейцарией» за ее экономическое процветание. Богатейшая страна, счастливые жители: все работают, живут мирной жизнью, строят планы на будущее, дети смеются, взрослые занимаются бизнесом. Все у них хорошо. Ядром Ливана была сильная христианско-маронитская община. Они жили в этой стране веками. Ливан стал для них единственным убежищем на всем Ближнем Востоке, где уже давно преобладал мусульманский мир. Права христиан закрепила конституция 1943 года: только они имели право занимать ключевые посты в государстве.
Но ситуация с некоторых пор стала меняться. Там появилась Организация освобождения Палестины, которую изгнали из Иордании в 1970 году. Христиане панически боялись исламизации страны, потери своего государства и демографического поглощения. Палестинцы воспринимались ими как угроза для жизни и безопасности. В этой стране давно жили и собственно ливанские мусульмане. Они, конечно, чувствовали себя немного обиженными, поскольку у них не было права полноценно участвовать в жизни государства. Но это было некритично. Христиане и мусульмане жили друг с другом в мире и согласии, это главное.
Но приехавшие в Ливан беженцы из Палестины чувствовали себя здесь также неуютно. Они боялись, что ливанская армия и христианские милиции (там было несколько таких объединений) попытаются вытеснить их из страны. Причин для такого беспокойства на самом деле не было. Но, тем не менее, им так казалось. Наверное, вот тут бы, коль уж образовалось два таких лагеря, надо было бы поговорить, обсудить все эти страхи, снять напряжение, найти инструменты, гарантирующие безопасность, и всех успокоить, но все пошло иначе.
Первые искры будущей резни
- Шаг первый. 3 апреля 1975 года происходит покушение на лидера христианской партии. Силы христианской милиции при этом расстреливают автобус с палестинцами. Давайте сразу будем обозначать конфессии: христиане расстреляли автобус с мусульманами. Тогда там погибли 27 человек. Кто покушался, зачем – было непонятно. Имели ли к этому какое-то отношение погибшие мусульмане, никто не знает. Но произошло то, что произошло.
- Шаг второй. Через несколько месяцев в одном из районов города находят тела четверых убитых христиан. Это были молодые юноши. И как на беду, среди них оказался сын одного из главных командиров христианской милиции. Подозрение снова упало на мусульман.
- Шаг третий. Убитый горем командир перекрывает ключевые перекрестки Бейрута. А в те времена в ливанских удостоверениях личности в обязательном порядке указывалась религиозная принадлежность гражданина. И на блокпостах всех, у кого в графе «вероисповедание» было написано «мусульманин», вытаскивают из машин и расстреливают в упор. За несколько часов погибли уже более двухсот человек.
Маховик цепной кровавой мести
- Шаг четвертый. Дальше – больше. Милиция окружает беднейший район Бейрута, где жили мусульманские беженцы, и начинает зачистку. Женщин и детей загоняли в здания, которые затем поджигались. Раненых добивали на улицах. Район был разрушен до основания тяжелой техникой и сожжен. Жертвами резни стали уже 1500 человек. Фотографии христианских ополченцев, празднующих победу и играющих на музыкальных инструментах на фоне дымящихся руин и трупов, облетели весь мир.
- Шаг пятый. Через два дня, 20 января 1976 года, мусульмане начинают штурм одного из христианских городов в пригороде Бейрута. Мужчин ставили к стенам собственных домов и расстреливали на глазах у семей. Женщин подвергали групповым насилиям и пыткам. Детей убивали выстрелами в затылок. Исторические хроники зафиксировали факты нечеловеческой жестокости, погибли тысячи людей.
- Шаг шестой. Христиане в отместку окружают крупный город с мусульманским населениям. Внутри города – кроме боевиков, тысячи мирных жителей: стариков, женщин и детей. За недели осады в городе заканчиваются вода, еда и медикаменты. Люди пили воду из радиаторов и сточных канав, умирали от истощения и постоянных артиллерийских обстрелов. Хирурги в подпольных госпиталях ампутировали конечности без анестезии. После осады христиане врываются в город, и начинается страшная кровавая резня. Мужчин шеренгами выстраивали вдоль стен и расстреливали из пулеметов. Женщин и стариков сжигали в подвалах-убежищах. Здания лагеря вместе с находящимися там ранеными мусульманами давили тяжелыми бульдозерами.
Дальше в таком же шахматном порядке будут следовать следующие шаги. Мы о них говорить не будем. Суть понятна и так.
Механизм дегуманизации вражеской стороны
Чем все закончилось? Война в Ливане длилась 15 лет (1975–1990), и в ней так никто и не смог победить. Закончилось все истощением, нищетой, экономической разрухой, гибелью десятков тысяч людей и вынужденным компромиссом. Страна, бывшая финансовым центром региона, оказалась в руинах, а ее экономика была полностью уничтожена. Суда над военными преступниками не было.
А ведь могли бы жить дружно и спокойно. Но с каждым витком ненависти и взаимных убийств злоба только нарастала.
Христиане радовались смертям мусульман, а те в свою очередь радовались смертям христиан. Все хотели мести.
Каждый раз взаимные убийства только подогревали эту ненависть. И там, и там погибали невинные люди, дети, старики. Но маховик уже было невозможно остановить. Почему ни одна из сторон не смогла остановиться? Почему каждый новый шаг вел к еще большей жестокости?
Дело в том, что средства массовой информации с обеих сторон воспитывали в сознании своих сторонников образ абсолютного зла в противнике. Враг дегуманизировался. По ту сторону нет людей: там злые, дикие животные в человеческом облике. Они – зло в чистом виде, и его нужно истреблять без всякой жалости. Когда противник лишен человеческих черт, снять предохранитель морали не составляет проблем.
Проповедовался принцип коллективной ответственности. В смерти любого из нас виноваты «они все».
Убийство мирного мусульманина в порту стало «адекватным» ответом за убийство христиан на дороге. Убийство мусульманских детей в одном городе стало «справедливой» местью за убийство христианских детей в другом. «Это вам за наших детей!» Дети – это же святое, за их смерть не жалко убивать и других детей, правда же?
И последнее – это пресечение любой попытки найти компромисс и пойти на переговоры. Здравомыслящие политики стали заложниками радикалов. Любая попытка компромисса воспринималась как предательство памяти погибших. Если начинать мириться, значит, те, кто погиб, погибли зря. Пролитая кровь требовала новой крови, чтобы оправдать предыдущие жертвы.
Трагические уроки слепого озверения
Так происходит всегда, когда общество позволяет страху и дегуманизации взять верх над разумом и милосердием. Люди начинают звереть, и если это озверение не остановить, то в конечном счете ни одна из сторон не будет в выигрыше. Проиграют все. Останутся только сотни тысяч, а то и миллионы могил людей, которые могли бы жить.
Такие уроки дает нам история. Но, как сказал ирландский драматург Бернард Шоу: «Единственный урок, который можно извлечь из истории, состоит в том, что люди не извлекают из истории никаких уроков». И, к сожалению, современная история говорит нам о том, что он был несомненно прав.
