К какой Украине мы движемся?
Власти уже прямым текстом говорят, что с демографией в Украине – катастрофа, что работать некому уже сейчас.
Один из медийных клириков УГКЦ и один из её фактических спикеров, Юстин Бойко, в телеэфире раскритиковал массовый завоз трудовых мигрантов в Украину. Он подчеркнул, что к нам едут люди «иной культуры, иного менталитета, иной духовности», и в «долгосрочной перспективе это грозит идеологическим конфликтом».
И на первый взгляд Бойко говорит всё верно: мигранты-иноверцы нам чужие, а жить и работать в Украине должны прежде всего украинцы. Но при этом и сам Бойко, и руководство УГКЦ упорно призывают к «справедливому миру», что на деле означает поддержку продолжения войны. А ведь каждый новый день боевых действий приносит одно и то же: новые мобилизации, новых погибших солдат, новые жертвы среди мирного населения и всё большее нежелание уехавших в ЕС украинцев возвращаться домой.
Власти уже прямым текстом говорят, что с демографией в Украине – катастрофа, что работать некому уже сейчас. Что мы стремительно вымираем и что у нас нет иного пути, кроме как завозить иностранцев миллионами. Глава Офиса миграционной политики Воскобойник открыто заявляет, что в будущем украинцы могут стать метисами. Офицер ВСУ Денис Ярославский утверждает, что через 30 лет на одного школьника-украинца будет приходиться шестеро детей мигрантов.
Сегодня каждое государственное мероприятие начинается и заканчивается лозунгами «Слава Украине» и «Слава нации». Но к какой Украине мы движемся? Какая нация будет здесь завтра? И будет ли она верить во Христа?
Единственная надежда – на немедленный мир. На каких именно условиях – это вопрос к политикам. Но если те же греко-католики действительно так любят Украину, как говорят, они должны призывать к немедленному окончанию войны. Иначе они рискуют однажды обнаружить, что страна, за которую они якобы радеют, изменилась до неузнаваемости, – а защищать и наставлять в вере будет уже некого. И «Слава нации» прозвучит над землёй, где от прежней нации почти ничего не осталось.
