Внесут ли в Пантеон героев лиц, восхваляющих нацистов?
Затруднительно доказать, что люди, которые направляли приветствия Гитлеру и восхваляли нацистскую армию, не подпадают под закон об осуждении нацизма.
85 лет назад, 30 июня 1941 года, во Львове состоялся «Акт провозглашения Украинского государства». В п. 3 документа сказано: «Украинское Государство будет тесно взаимодействовать с Национал-Социалистической Великой Германией, которая под руководством своего Вождя Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и мире».
В Акте прославлялись глава ОУН Бандера и создатель ОУН Коновалец. В этот же день прошло Национальное собрание, на котором выступил митрополит УГКЦ Йосип Слипый, а также униатский капеллан Иван Гриньох. Кроме того, было зачитано приветственное слово митрополита А. Шептицкого с такими словами:
«Победоносную Немецкую Армию приветствуем как освободительницу от врага».
По итогам собрание отправило «приветствие Создателю и Вождю Великой Германии АДОЛЬФУ ГИТЛЕРУ, приветствие Славной Немецкой Непобедимой Армии».
Было указано, что
«все присутствующие особенно горячо и искренне приветствовали присутствовавших на Собрании высоких офицеров немецкой армии».
1 июля Рада приняла закон об «Украинском национальном пантеоне».
В нем говорится, что в Пантеоне могут быть, в частности, увековечены лица, внесшие выдающийся вклад в становление религии в Украине. И, учитывая нынешний привилегированный статус УГКЦ, нет сомнения, что туда попытаются внести Шептицкого или Слипого.
Но есть проблема: согласно тексту закона, в Пантеоне не могут быть увековечены лица, «на которых распространяются ограничения, предусмотренные» законами Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов... ».
Как мы понимаем, будет довольно затруднительно доказать, что люди, которые направляли приветствия Гитлеру и восхваляли нацистскую армию, не подпадают под закон об осуждении нацизма. В полной мере это, кстати, относится не только к униатским епископам, но и к Бандере, Стецько, Мельнику, Шухевичу и прочим.
Впрочем, есть подозрение, что никто ничего доказывать не будет. Можно просто промолчать и сделать вид, что ничего «такого» не было.
