Можно ли убивать монаха за «неправильный» ответ на «Слава Украине»?
Насельника Святогорской лавры убили за отказ поставить нацию выше Бога. Разговор о выборе, который, возможно, придется сделать каждому христианину.
23 августа 2026 года на территории Святогорской лавры на насельников обители напала группа неизвестных. Монах Варсонофий (Турянский) погиб, инок Григорий с проникающим ножевым ранением легкого сумел все-таки сам спуститься к братским корпусам и позвать на помощь, а живущего при монастыре Андрея Кириенко увезли в больницу в тяжелом состоянии. По факту случившегося открыто уголовное производство, следственные действия идут до сих пор, и кто именно это сделал, официально пока не установлено.
Подробности стали известны через два дня, когда Андрей смог говорить. По его словам, он сидел один на верхней площадке возле храма, когда к нему подошли трое в полной боевой экипировке – не те обычные военные, что находились наверху, а, как ему показалось, бойцы какого-то специального подразделения, – и один из них произнес: «Слава Украине». Андрей промолчал. Требование повторили, и тогда он ответил так, как ответили бы очень многие православные христиане: «Слава нашему Господу Богу. Спаси и сохрани». После этого его начали бить. Сперва деревянным брусом от ограждения, а когда он попытался этот брус удержать, в ход пошел нож.
Около сорока минут он пролежал в овраге, теряя сознание, и слышал где-то наверху выстрелы. Монаха Варсонофия братия нашла в луже крови на площадке Кирилло-Мефодиевской лестницы, и, по сообщению лавры, последними его словами были: «Слава Господу Иисусу Христу!.. Я монах».
Кто это сделал, должно установить следствие. Но есть в случившемся сторона, которая не зависит от исхода расследования, и говорить о ней нужно уже сейчас. Живого человека поставили перед выбором – славить нацию или славить Бога. Он выбрал второе. И за это поплатился.
«А что мешало ответить правильно?»
Едва появились первые публикации о трагедии в Святогорской лавре, как в сети прозвучал вопрос – чудовищный по сути, но заслуживающий серьезного ответа: а что, собственно, мешало монахам ответить «как положено»? Сказал бы «героям слава» – и остался цел.
И этот вопрос, только в другой формулировке, христианам уже задавали.
В Римской империи от последователей Христа не требовали ни отречения от своего Бога, ни хулы, ни подписи под какими-либо вероучительными формулами. Им всего лишь предлагали бросить щепотку ладана на жертвенник перед изображением императора. То есть совершить обычный гражданский жест, который совершали все жители Римской империи, не вкладывая в него какого-либо сакрального смысла. Это было, как сказали бы сейчас, проявлением патриотизма по отношению к государству. Христиане от этого отказывались, и римские чиновники искренне не понимали, откуда взялось такое упорство. Почему кому-то легче умереть, чем сделать то, что делает любой «нормальный» человек?
Тот, кто сегодня спрашивает, что мешало монахам «правильно» ответить на «Слава Украине», по сути повторяет тот же «римский» вопрос.
Первые христиане не были врагами государства, но не соглашались воздавать императору почести, которых достоин лишь Бог. Здесь они буквально следовали слову Христа: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Мф. 4:10).
Ровно то же происходит и сегодня. Монахи Святогорской лавры поддерживают свою страну, но не готовы воздавать ей славу, которая принадлежит лишь одному Богу.
Критерий Андрея Шептицкого
Разговор о том, где кончается любовь к своему народу и начинается нечто совсем иное, для Церкви далеко не нов, и лучшую его формулировку дал в свое время человек, которого никак не заподозришь в равнодушии к патриотизму и Украине.
Греко-католический митрополит Андрей Шептицкий в 1941 году писал о том, кому должен христианин воздавать славу:
«Проявлением безбожия является замена словом „Слава Украине“ одвечной похвалы Исусу Христу, которой превозносят Христа: „Слава И(сусу) Христу!“ Очевидно, что никто из украинцев не может ничего иметь против возгласа „Слава Украине!“, но замена этим словом религиозного прославления Христа является выразительной тенденцией устранить Христа и поставить родину на его место, следовательно, является признаком выразительной безбожной тенденции, которая обманывает наивных украинских патриотов».
Шептицкий заявлял, что «Украина вообще не может существовать, как самостоятельное государство, а тем более, быть славной державой без воли Царя царствующих и Господа господствующих Предвечного Бога И. Христа».
И вот вопрос. Если представить себе фантастическую ситуацию, в которой нападавшие встретили бы в Святогорске не «московских попов», а ультрапатриотичного митрополита Андрея Шептицкого, чем бы для него закончилась такая встреча? Тем же, чем и для монаха Варсонофия?
Христос в рушнике и с флагом
Во всей этой истории есть деталь, которую невозможно было бы придумать.
На следующий день после нападения, 24 августа, клирик ПЦУ Иван Рыбарук, настоятель храма Рождества Богородицы в селе Криворивня, записал видеообращение, в котором назвал присутствие УПЦ в Украине «присутствием врага» и объяснил, что с этим врагом следует бороться. Он обвинил Украинскую Православную Церковь в продвижении «русского мира» в качестве ереси этнофилетизма – когда нация ставится выше веры в Бога. Не будем разбирать, насколько УПЦ далека от «русского мира». Дело даже не в этом.
На видео, где Рыбарук рассуждает об этнофилетизме в своем храме, отчетливо видна статуэтка Христа, обвитая рушником, а в руку Спасителя вставлен украинский флаг.
То есть человек обличает подчинение Церкви национальному после того, как сам же вручил Богу национальный флаг. При этом он не замечает здесь ни малейшего противоречия. Просто в той системе координат, в которой живет клирик ПЦУ, этнофилетизм возникает только тогда, когда свою нацию выше Церкви ставят чужие. А вот когда ровно то же самое делают свои, для этого обязательно находится какое-нибудь объяснение. Ересь, как обычно, обнаруживается исключительно у соседа.
Вопрос к каждому
Нас много лет уверяли, что одно другому не мешает, что можно совершенно спокойно славить Бога и славить нацию, и что никакого выбора здесь нет просто потому, что нет и противоречия. Теперь мы знаем: это неправда. Христианина ставят перед выбором: или Бог, или нация. Или земное, или небесное. И военный, который в Святогорье потребовал от насельников «правильного» ответа на «Слава Украине», этот выбор не создал – он его лишь озвучил. Выбор этот сформировался задолго до него.
Христос сказал: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). И обратите внимание, что Христос говорит о самом сильном, самом естественном и вполне законном человеческом чувстве. Более того, любовь к родителям – не идол, не страсть и не грех, а прямая заповедь Божия. Но даже она не может стоять выше Него. Тем более не может стоять выше Него государство, партия, армия или произнесенный вслух лозунг.
Братия Святогорской лавры этого выбора не искала. Монахи наверняка и не предполагали, что он вообще может выпасть на их долю. Но выбор пришел к ним сам – в одиннадцать утра, у стен храма, без предупреждения. Спросить себя, что скажу в такую минуту я, стоит уже сейчас, не откладывая. Потому что, судя по тому, куда все это движется, ждать этого вопроса нам, возможно, осталось недолго. Может, гораздо меньше, чем кажется.
