О воре и монахе

Однажды вор пробрался в дом зажиточного помещика и украл старинную брошь, украшенную драгоценными камнями. Не успел он выйти за пределы помещичьей усадьбы, как за ним была организована погоня.
Грабитель стал бежать изо всех сил, но отстать от преследования ему не удавалось. Вор попытался скрыться в лесу, который находился недалеко от усадьбы, но ухоженный, без зарослей, лес не мог служить ему надежным укрытием.
Неожиданно вор разглядел в глубине леса небольшую хижину и спешно направился к ней. Возле хижины он увидел монаха, однако ничего не сказав ему, он вбежал в дом и спрятался под кроватью.
К этому времени к хижине верхом на лошади подъехал помещик, окруженный слугами. Монах смиренно поклонился помещику.
– Не пробегал ли здесь человек? – спросил помещик.
– Нет, не пробегал, – ответил монах.
Помещик развернул лошадь и поскакал дальше в надежде найти вора и наказать его.
Как только помещик скрылся из виду, монах позвал нежданного гостя. Вор, выходя из хижины, осторожно оглядываться по сторонам.
– Не бойся, – успокоил его монах, – помещик ускакал.
– Да я и не боюсь, – с обидой в голосе ответил вор, – только вот битым не хочется быть.
Монах улыбнулся. Потом пошел в дом и вынес небольшой мешочек сухарей.
– Держи. – Монах протянул мешочек вору. – Каждому гостю я рад, как родному.
Вор взял мешочек и ловко спрятал его в карман, где уже находилась чужая брошь. Прощаясь с монахом, беглец с любопытством спросил:
– Почему же ты не выдал меня помещику? Ведь я... – начал говорить вор и осекся.
– Я знаю, кто ты. Пусть Бог сам решит, что с тобою делать! – ответил монах.
Выходя из лесу, вор всё никак не мог избавиться от мыслей, навеянных словами монаха: «Пусть Бог сам решит, что с тобою делать...».
В этот же день вор возвратил украденную брошь, и, помня слова монаха, больше не воровал, даже если представлялся подходящий случай.
Читайте также
Тайник волынского священника и спасенная икона
Биография византийской реликвии показывает, где пролегает граница между сухим документом и живым народным преданием.
Забытый параграф Вашингтонского договора
За сорок лет до золотой лихорадки на северных островах развернулась сложная борьба за души местных жителей, где оружием стали переводы книг и топор плотника.
Космический сон и геометрический завет испанского гения
Маленький набросок испанского монаха XVI века обернулся монументальным полотном, где космическое безмолвие встречается с подлинной святостью.
Зачем святые обители превращали в государственные тюрьмы?
История христианской Европы сохранила память о временах, когда монастыри становились местом государственной ссылки. Там решались судьбы монархов и праведников.
Пастух с письмом от Христа к королю Франции
Летом 1212 года тысячи паломников с посохами ждали, что море расступится перед ними. Позднейшие хронисты добавили к их истории корабли, работорговцев и воздыхание папы.
Фасад из костей и фасад из света
Антонио Гауди сорок три года строил храм в Барселоне зная, что эта стройка – на века.