Можно ли есть яблоки до Преображения?

Приблизительно в эту пору в Греции поспевал виноград. Греки – люди набожные, и свой физический труд согласовывают с церковным календарем. Они-то и приурочили благословение урожая к определенному дню, а именно – к празднику Преображения. Но даже в Греции благословение плодов совершается не в одно время. Там, где они созревали позже, освящение приношений совершалось на праздник Успения Богородицы.

Несмотря на прямое указание Служебника благословлять плоды по мере созревания, многие люди уверены, что яблоки, к примеру, нельзя есть до праздника Преображения. Это мнение, по-видимому, основывается на примечании церковного Типикона под 19 августа: «Яко аще кто от братий снесть гроздие прежде сицевого праздника, то преслушания запрещение да приимет, и да не вкусит гроздие через весь август месяц, яко заповеданный устав презрев; яко да от сего навыкнут и прочии повиноватися уставу святых отец. Сие же запрещение бывает и блюдущим винограды братии… Сей устав бывает и на смоквах, и над прочими овощьми, яве яко времена их, кое когда приспеет».

Как видим, правило довольно строго запрещает вкушение плодов до праздника, но эта строгость обусловлена тем, что, во-первых, правило – монашеское, а воздержание и послушание для монаха – важнейшие принципы. А во-вторых, дело здесь не столько в дате праздника, сколько в запрете вкушать без благословения. Благословение же может быть «яве яко времена их, кое когда приспеет». Виноград действительно может поспеть к Преображению, но смоквы и прочие фрукты имеют свой календарь созревания, и именно под него, как видно из примечания, подстраивался и сам чин благословения.

В целом же Церковь не знает поста на яблоки. Ей важно научить своих чад быть благодарными Богу за Его дары. Неужели Господь хочет, чтобы из года в год гнили ранние сорта яблок (все-таки у нас – не Греция), созревающих задолго до Преображения? Нет, Он хочет, чтобы его дары принимались «яве яко времена их», но принимались с благословением и благодарностью.

Освящение же самих приношений – это, как мы уже сказали, есть наш дар благородности и признательности Богу за плоды земли. Оно не несет в себе какой-то магической оккультной силы, как это иногда воспринимается людьми нецерковными. Поэтому не нужно задаваться чрезмерно вопросом, куда девать огрызок от освященного яблока. Туда же, куда и все остальные огрызки.

Важно другое. Благодарность всегда сопряжена с даром. Те плоды, которые мы приносим в храм – это дар Богу. Неправильно, когда мы все это забираем с собой для того, чтобы потом благополучно дома погрызть. Какой же это дар, если мы принесли и забрали обратно? То, что мы несем в храм, должно быть отдано Богу или в виде церковных приношений (которые, как правило, потом раздаются нуждающимся), или самовольной раздачей другим людям в виде угощений.

Было бы правильным и разумным делать так не только с яблоками и виноградом, но и со всяким начатком плодов и фруктов, ягод и овощей. Созрел первый урожай – поблагодарите Бога, освятите в знак благодарности и раздайте нуждающимся. Так будет по-православному.

Читайте также

Когда святые не могли простить друг друга: История трех учителей Церкви

Икона показывает их вместе, но жизнь развела врозь. О том, как дружба разбилась о церковную политику, а единство пришлось выдумывать через семьсот лет.

«Если останусь живым, уйду в Почаевскую лавру!»: история старца-подвижника

​Он прошел Вторую мировую, пережил советские тюрьмы и гонения на Церковь, но не сломался. Воспоминания о схиархимандрите Сергии (Соломке) – легендарном экономе и молитвеннике.

Опьянение Богом: почему Исаак Сирин молился за демонов, не веря в вечный ад

Церковь вспоминает святого, чье богословие – это радикальный протест против сухих законов религии. О том, почему Бог не справедлив, а ад – это школа любви.

Что будет с христианством, когда оно перестанет быть оплотом цивилизации?

Западные демократии любят вспоминать о свободе вероисповедания… когда им выгодно. Когда нет – прекрасно дружат с гонителями христианства.

Скальпель и крест: Разговор с хирургом, выбравшим Бога в разгар террора

Ташкент, 1921 год. Профессор хирургии надевает рясу и идет в операционную. Я спрашиваю: зачем? Он отвечает, но не так, как я ожидал.

Бог, Который бежит навстречу

​Мы иногда думаем о Боге как о строгом судье с папкой компромата. Но притча о блудном сыне ломает этот стереотип.