Взгляд церкви: эвтаназия – мнимое сострадание

На днях многие СМИ опубликовали шокирующую новость – в Бельгии впервые в мировой практике была применена детская эвтаназия.

С помощью внешнего вмешательства была оборвана жизнь 17-летнего подростка.

Сторонники эвтаназии подвели под произошедшее старую и уже изрядно избитую аргументацию – сознательная смерть положила конец страданиям и невыносимым болям пациента. К этому присовокуплялись факторы невозможности излечения больного, а также согласия его родителей на прерывание жизни их ребенка.

В свете сказанного стоит отметить, что данная проблема уже давно вышла за рамки радикального прекращения физических страданий смертельно больных людей. Налицо формирование совершенно новых тенденций. В целом, их суть могут описать два показательных случая. Первый произошел в Голландии. В апреле 2016 года эвтаназии подверглась молодая женщина, которая страдала от серьезных психических расстройств. Второй случай касается вновь Бельгии. В 2015 году 24-летняя Лаура добилась права на эвтаназию из-за депрессии, которой страдала на протяжении нескольких лет. Врачи пошли пациентке навстречу, несмотря на то, что у нее не было обнаружено смертельного заболевания.

Подобная практика навевает весьма безрадостные мысли. Она не просто перечеркивает уникальность каждого человека. На первый план все более и более уверенно выходит идеология прагматичной целесообразности. В ее рамках жизнь – это не бесценный дар, а набор целого спектра возможностей, позволяющих определенное время получать от своего существования различные удовольствия. Если эти удовольствия недоступны, если твой каждый новый день наполнен последствиями смертельной болезни или тяжелого психического расстройства, то, выходит, жить просто незачем. В обществе без Бога эта мысль может превратиться в неукоснительное убеждение. Особенно, если всесильная в представлении многих медицина выносит в отношении пациента окончательный вердикт – «излечению не подлежит».

Последующее прекращение соответствующих мук выглядит как акт некой «математической любви», в которой человек уже не человек, а некое абстрактное засыхающее дерево. Его судьба однозначна – попасть под топор. С точки зрения чистой прагматики многие будут уверены, что это верно и правильно. Однако есть и другой, позабытый ими, путь. Путь, позволяющий сухому дереву вновь ощутить на себе зеленые листья.

Господь Иисус Христос сказал о Себе: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин.14:6). Любящий Бога всегда помнит об этом.

В 2008 году в столичном Институте рака проходил лечение отрок Владимир. У ребенка был самый страшный диагноз, который только возможен – саркома Юинга. Более того, у него были обнаружены метастазы в легких.

С медицинской точки зрения Владимир считался абсолютно «бесперспективным».

Родители Вовы не смирились с вердиктом врачей и повезли ребенка в Почаевскую Лавру. Там они все усердно молились Богу и постоянно прибегали к спасительным Таинствам Церкви – исповеди, причастию, соборованию.

Господь их услышал – Владимир полностью исцелился. От смертельной болезни не осталось и следа.

Учитывая сказанное, можно смело утверждать – эвтаназия наполнена мнимым состраданием. И является дерзким и безрассудным вызовом Богу, который является источником всякой жизни и для которого нет ничего невозможного.

АиФ

Читайте также