Почему в век науки мы увлеклись суевериями
Так в чем же дело? Почему человек в век науки и просвещения так легко отдается на растерзание суевериям? А все потому, что забывает первую часть той фразы, которой Христос охарактеризовал его – «род неверный». Суеверие – это суетная, пустая вера. Другими словами – это вера в ничто, в ноль. Но вместе с тем это все-таки вера, а раз так, то она отвращает человека от веры истинной, от веры в Бога. Любое суеверие – это религиозное предательство. То есть если человек надеется, что его защитит красная нить, значит, он сознательно отказывается от защиты Божией. Но красная нить – это суеверие, ноль и защитить она не может... Вот и получается, что мы, такие умные и просвещенные, попадаемся в простенькую ловушку, расставленную дьяволом, который не только хочет нас погубить, но и выставить глупцами. Выбор, как говорится, за нами...
Читайте также
Вавилонская стройка на Днепре и крах силового единства
Государство пытается узаконить отобранные храмы. Но попытка заменить живую Церковь административным стандартом в точности повторяет ошибку строителей в долине Сеннаар.
Духовная слепота и цена истинной свободы
Евангельское чудо исцеления обнажает пропасть между живой верой и социальным страхом. Погружение в мистическое богословие и тайны подлинного трезвения.
Подвиг Бориса и Глеба против культа войны
Воспоминание о подвиге первых русских святых обнажает страшную подмену смыслов. Их отказ от братоубийства звучит вызовом пропаганде насилия, раздающейся сегодня под церковными сводами.
Почему Иоанн Кронштадтский умирал без Литургии, а мы не хотим на нее идти?
Святой пастырь угасал духовно, когда не служил Литургию. И мы умираем без нее – медленно, неделя за неделей.
Зачем мы обращаемся к святым, если Бог слышит напрямую?
Молитва святым – это просьба о руке в темноте, когда сами мы подняться к Богу уже не можем.
Excel-таблица святости и почему она всегда рушится
Мы тайком ведем бухгалтерию своих духовных побед. А когда таблица обнуляется срывом, мы плачем не о Боге, а о потерянном статусе хорошего христианина.