Взгляд церкви: О последствиях лжи
И всякий раз внутренне содрогаюсь от глубокого неприятия данной формулировки. Ведь никакие, даже, казалось бы, самые благие и величественные цели, невозможно оправдать использованием лжи или манипулятивных приемов.
Это все равно, что для приготовления вкусного торта воспользоваться комками грязи и мусора из ближайшей подворотни. Вполне понятно, что по итогам всей проделанной работы получится не изысканный десерт, а дурно пахнущая конструкция, которую не то что есть, а даже брать в руки будет зазорно. Однако вопрос даже не в этом.
Ложь и клевета являются оковами, которые намертво пристегивают их авторов к самому страшному нашему врагу – сатане. Об этом четко говорится в восьмой главе Евангелия от Иоанна: «Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи».
Более того, ложь – это не только кратчайшая дорога к подчинению князю тьмы. Это и прямой путь к человекоубийству. Поскольку тот, кто лжет, уничтожает в себе человека.
Для лучшего понимания этого утверждения нужно вспомнить, какое значение стоит за этим словом. В греческом языке «человек» обозначает «устремленность вверх». Получается, что человеком называют того, кто нацеливает свою жизнь на достижение вечности, на стремление к Небесам и спасению. Ложь же, как оружие дьявола, убивает эти порывы. Стоит лишь пустить ее в свое сердце, сделать привычным инструментом повседневной жизни, как она незаметно и полностью меняет внутренний мир «хозяина».
Во-первых, он перестает замечать свои грехи и проступки. Для этого не нужно особых талантов. Необходимо просто поддаться искушению лгать не только другим, но и самому себе, о мотивах тех или иных своих желаний, поступков или мечтаний. В результате такого подхода со временем для лжеца оправданным и естественным может выглядеть любой, даже самый гнусный и отвратительный, шаг. Поскольку он будет рядиться в одежду «вынужденного действия», следствием которого якобы должно стать «достижение счастья для всего человечества».
Во-вторых, лжец перестает думать о Небесном Иерусалиме. Он замыкает свои мысли на достижении исключительно земных благ. И если, например, поглубже копнуть любые его речи о собственной возвышенной миссии в этом мире, за ними сразу же обнаруживаются вполне обычные желания – получить возможность получше поесть, получше поспать, получить побольше власти и почитания.
В целом же о последствиях лжи как нельзя лучше сказано святителем Николаем Сербским: «С Богом нас разделяет ложь, и только ложь. Ложные мысли, ложные слова, ложные чувства, ложные желания – вот совокупность лжи, ведущая нас к небытию, иллюзиям и богоотречению. С этой дороги нет возврата без тяжелого жизненного потрясения, пока человек, ослепнув, подобно Савлу, не падет на землю и пока Бог не поднимет его из пыли и немощи и не вернет ему зрение».
Митрополит АНТОНИЙ, управляющий делами Украинской Православной Церкви
Читайте также
Зачем мы обращаемся к святым, если Бог слышит напрямую?
Молитва святым – это просьба о руке в темноте, когда сами мы подняться к Богу уже не можем.
Excel-таблица святости и почему она всегда рушится
Мы тайком ведем бухгалтерию своих духовных побед. А когда таблица обнуляется срывом, мы плачем не о Боге, а о потерянном статусе хорошего христианина.
Тайный источник живой воды и спасение души от земного плена
Человек непрерывно поглощает землю ради выживания тела. Разговор Христа у колодца открывает нам горькую правду о суете и указывает единственный путь к подлинному бессмертию.
Кому мы отдаем первые пятнадцать минут утра?
Праведный Иоанн Кронштадтский описал утренний думскроллинг так точно, словно держал в руках смартфон. Зайдем к нему в Кронштадт спросить: что мы делаем не так?
Когда Бог молчит: что мы делаем не так?
Мы привыкли, что у каждой кнопки есть отклик. Но молясь о самой горячей просьбе в жизни – мы получаем в ответ тишину. Льюис описал это так точно, что лучше не скажешь.
Серафим Роуз: от пустоты – к Истине
РПЦЗ благословила подготовку прославления американского иеромонаха, который прошел через неверие, восточную философию и духовный кризис и стал одним из самых читаемых православных авторов ХХ века.