Глиняные горшки

Монах пришел как-то к своему наставнику и говорит:

– Отче, сколько раз хожу я к тебе, каюсь в грехах, сколько раз ты наставлял меня советами, но я не могу исправиться. Какая мне польза приходить к тебе, если после наших бесед я снова впадаю во грехи свои?

Авва ответил:

– Сын мой, возьми два глиняных горшка – один с медом, а другой пустой, – ученик так и сделал.

– А теперь, – сказал учитель, – перелей несколько раз мед из одного горшка в другой, –  ученик снова послушался.

– Теперь, сынок, посмотри на пустой горшок и понюхай его, – ученик посмотрел, понюхал и говорит:

– Отче, пустой горшок пахнет медом, и там, на донышке, осталось немного густого меда.

– Вот так, – сказал учитель, – и мои наставления оседают в твоей душе. Если ты ради Христа усвоишь в жизни хоть часть добродетели, то Господь, по милости своей, восполнит их недостаток и спасет твою душу для жизни в раю. Ибо и земная хозяйка не сыпет перец в горшок, который пахнет медом – так и Бог не отринет тебя, если сохранишь в душе хоть начала праведности.

Читайте также

Золотые швы Воскресения

Японская традиция склеивать разбитые пиалы лаком с драгоценным порошком перекликается с евангельскими образами.

Монашеская залоговая лавка без барышей

В XV веке итальянский ремесленник, взявший в долг на хлеб, за год отдавал ростовщику половину своего имущества. Монахи-францисканцы придумали, как остановить это без всякой прибыли.

Город танцевал до смерти под заказную музыку

Летом 1518 года жители Страсбурга исполняли смертельные танцы под музыку, которую заказала местная власть. Остановить эпидемию смогла не медицина, а Церковь.

Как труженики не увидели утопленника

На знаменитом полотне гибнет мифологический герой, но зритель замечает это в последнюю очередь. Брейгель поставил в центр композиции не катастрофу гордеца, а повседневный труд пахаря.

«Пикасо́»: Рождество в Киевской семинарии

Отрывки из книги Андрея Власова «Пикасо́. Часть первая: Раб». Эпизод 28

Извержение вулкана и заморозки в Европе: экзамен на человечность

Стихийное бедствие на другом конце земли оставило Европу без тепла. Там, где люди объединялись, голод отступал, а там, где помощь медлила, народ дичал.