Глиняные горшки

Монах пришел как-то к своему наставнику и говорит:

– Отче, сколько раз хожу я к тебе, каюсь в грехах, сколько раз ты наставлял меня советами, но я не могу исправиться. Какая мне польза приходить к тебе, если после наших бесед я снова впадаю во грехи свои?

Авва ответил:

– Сын мой, возьми два глиняных горшка – один с медом, а другой пустой, – ученик так и сделал.

– А теперь, – сказал учитель, – перелей несколько раз мед из одного горшка в другой, –  ученик снова послушался.

– Теперь, сынок, посмотри на пустой горшок и понюхай его, – ученик посмотрел, понюхал и говорит:

– Отче, пустой горшок пахнет медом, и там, на донышке, осталось немного густого меда.

– Вот так, – сказал учитель, – и мои наставления оседают в твоей душе. Если ты ради Христа усвоишь в жизни хоть часть добродетели, то Господь, по милости своей, восполнит их недостаток и спасет твою душу для жизни в раю. Ибо и земная хозяйка не сыпет перец в горшок, который пахнет медом – так и Бог не отринет тебя, если сохранишь в душе хоть начала праведности.

Читайте также

Реквием обрывается на слезной молитве

Слово «реквием» переводится как «покой». Моцарт успел написать только исповедь грешника – дальше рукопись прервалась с кончиной автора.

Паспорт, спасший жизнь под носом у гестапо

В оккупированном Киеве обычный приход на Подоле стал подпольной сетью спасения, где строка в метрической книге весила больше человеческой жизни.

Смерть, уравнявшая сословия

​В Риме женщина была вечным ребенком, а раб – просто вещью. Но на арене амфитеатра христианки обрели право голоса и доказали свое равенство с мужчинами.

Свет Воскресения на дне погибающего мира

Самый ликующий образ Воскресения Христова византийцы написали не в золотой век, а в умирающей империи – на стене усыпальницы.

Билет в один конец: как добирались в Иерусалим в XVIII веке

Паломничество ко Гробу Господню было далеко не спокойной поездкой. Перед выездом писали завещание и прощались с родными навсегда.

Почему нерадивого студента в средневековье не могли повесить?

Статус клирика и папские буллы делали школяра неприкосновенным для городского суда и разъяренной толпы.