Волшебная копейка
«Странное дело! – подивился паренек. – Была одна копейка, а теперь – тысяча рублей! А что бы я сделал, если бы нашел десять тысяч рублей? Купил бы корову и поил бы молоком родителей!» Смотрит, а у него уже десять тысяч рублей! «Чудеса! – обрадовался счастливчик. – А что, если бы сто тысяч рублей нашел? Купил бы дом, взял бы себе жену и поселил бы в новом доме своих стариков!» Быстро раскрыл кошель – и точно: лежат сто тысяч рублей!
Тут его раздумье взяло: «Может, не забирать в новый дом отца с матерью? Вдруг они моей жене не понравятся? Пускай в старом доме живут. И корову держать хлопотно, лучше козу куплю. А подарков много не стану покупать, и так расходы большие».
И вдруг чувствует, что кошель-то стал легким-прелегким! Испугался, раскрыл его, глядь – а там всего одна копейка лежит, одна-одинешенька...
Читайте также
Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы
Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.
Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?
Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.
Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти
Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.
Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»
В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.
Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость
Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.
Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки
Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.