О «Боге в душе» и «Боге в церкви»
Более того, в их преломлении многие сложные вопросы сводятся к примитивным ответам, которые убаюкивают внутренние порывы человека сладким ядом убежденности в том, что «все постигнуто, все понято и нечего больше забивать себе голову всяческими премудростями».
В этом контексте следует вспомнить о таком широко распространенном в нашем обществе стереотипе, как нежелании тесно соприкасаться с жизнью церкви, поскольку «у каждого есть Бог в душе». Удивительно, но при первом знакомстве с этой формулировкой многие воспринимают ее как истину в последней инстанции. А ведь она однозначно таковой не является.
Во-первых, как показывает практика, люди, которые придерживаются концепции «у меня Бог в душе и мне не нужна церковь как посредник для общения с Господом», очень редко прибегают к такому общению. При этом все упирается в наличие или отсутствие соответствующего настроения. Если оно есть, человек один или несколько раз в год может ненадолго зайти в храм и помолиться. Если нет, то «о Боге в душе» попросту забывают. Весьма часто забывают надолго. В этой связи возникает закономерный вопрос – а может ли полноценно и по-настоящему развиваться духовная жизнь каждого из нас, если в ней отсутствует систематическое и глубокое общение с Господом?
Во-вторых, упомянутый стереотип де-факто превращает Бога в «пожизненную индульгенцию». Зачем, например, признавать свои проступки и прегрешения, пытаться исправить содеянное, если нам и так все сойдет с рук? Ведь придуманный нашей фантазией «Бог в душе» всегда будет «находить» оправдание любым нашим опрометчивым поступкам.
В-третьих, соответствующий подход лишает человека столь необходимой на духовном пути помощи и поддержки. «Бог в душе» не способен «объяснить» как бороться с тоской, унынием, нежеланием жить, а также другими аналогичными проблемами. В то же время в церкви накоплен тысячелетний опыт врачевания человеческих душ от любых духовных болезней и язв.
В целом же, концепция «Бог в душе» похожа на фразу «в каждом организме есть вода и поэтому нам пить не нужно». Все прекрасно понимают несостоятельность этой формулировки. Надеюсь, что такое же понимание возникнет и в отношении упомянутого стереотипа. Это очень важно, поскольку в церкви сокрыто огромное количество даров, столь необходимых для поддержания духовной жизни и спасения человека. Одним из ярких свидетельств данного тезиса являются красноречивые слова праведного Иоанна Кронштадтского: «Я угасаю, умираю духовно, когда не служу в храме целую неделю, и возгораюсь, оживаю душою и сердцем, когда служу...».
Митрополит АНТОНИЙ, управляющий делами Украинской православной церкви
Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.
Читайте также
Христианство начинается там, где отбирают храмы
Когда привычный церковный уют рушится, мы впадаем в отчаяние. Святитель Иоанн Златоуст из ссылки объясняет, почему истинная вера шире стен храма.
Бесполетная зона над сердцем
Внешний мир сошел с ума и требует стопроцентной мобилизации злобы. Настоящее миротворчество сегодня – это вооруженный блокпост внутри сердца.
Нож мясника вместо меча крестоносца
Христос приносит людям не боевой меч, а кухонный нож. Эта разница меняет весь смысл Его слов о разделении семьи.
Тоска от голода по вечности
Смутное удушье среди безопасности и изобилия было криком сердца, созданного для бесконечности.
Нечистота двойного дна
«Блаженны чистые сердцем» – это заповедь об искренности, которая не прячет от Бога душевные раны.
Укрощение степного зверя
Наша христианская вера выросла поверх пепла идолов и костей животных. И первым камнем в ее основании стала переплавленная вера князя, поднявшегося из глубины собственного ада.