Пуговица во спасение

Жил один человек, и жил он не очень хорошо, грешил. Но вот решил взяться за ум, делать добрые дела, спасать душу. Делал их, делал, а особенного изменения в себе к лучшему не замечал.

Как-то он шел по улице, видит – у одной старушки пуговица с пальто оборвалась и упала на землю. Увидел и думает: «Да чего там! Пуговиц у нее еще хватит. Не поднимать же! Ерунда какая!» Но все-таки, кряхтя, поднял пуговицу догнал старушку, отдал ей пуговицу и забыл об этом.

Потом он умер и видит – весы: слева – его зло лежит, тянет вниз, а справа – ничего нет, пусто! И зло перетягивает. «Эх, – говорит себе человек, – и здесь не повезло!»

Вдруг, смотрит, Ангелы пуговицу кладут. И чаша с добрыми делами перевешивает. «Неужели одна эта пуговица все мои злые дела перевесила? – удивился человек. – Сколько добрых дел я сделал, а их и не видно!» И услышал, как Ангел говорит ему: «Из-за того, что ты гордился своими добрыми делами, они и пропали. А вот именно этой пуговицы, о которой ты забыл, хватило, чтобы ты от гибели спасся!»

Монах Симеон Афонский

Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.

Читайте также

Билет в один конец: как добирались в Иерусалим в XVIII веке

Паломничество ко Гробу Господню было далеко не спокойной поездкой. Перед выездом писали завещание и прощались с родными навсегда.

Почему нерадивого студента в средневековье не могли повесить?

Статус клирика и папские буллы делали школяра неприкосновенным для городского суда и разъяренной толпы.

Луна закона и солнце благодати

Митрополит Иларион сравнил закон и благодать с луной и солнцем. А написал он это произведение в Киеве, который только что едва выстоял в осаде печенегов.

Рассказы о древней Церкви: как пастыри отделялись от паствы

В этот период Церковь искала баланс между соборностью и властью иерархии, между браком и аскезой, между необходимостью церковного порядка и активным участием мирян.

Подземелье, где света и покоя было больше, чем во дворце

Римские катакомбы были не сырыми норами для беглецов, а подземным городом первых христиан – с вентиляцией, световыми шахтами и фресками.

Как монахи спасали античность, скрипя зубами и перьями

Платона, Галена и языческую грамматику сквозь руины Рима пронесли монахи – при свете лампы, с замерзшими пальцами, под гул сражений.