Пуговица во спасение
Как-то он шел по улице, видит – у одной старушки пуговица с пальто оборвалась и упала на землю. Увидел и думает: «Да чего там! Пуговиц у нее еще хватит. Не поднимать же! Ерунда какая!» Но все-таки, кряхтя, поднял пуговицу догнал старушку, отдал ей пуговицу и забыл об этом.
Потом он умер и видит – весы: слева – его зло лежит, тянет вниз, а справа – ничего нет, пусто! И зло перетягивает. «Эх, – говорит себе человек, – и здесь не повезло!»
Вдруг, смотрит, Ангелы пуговицу кладут. И чаша с добрыми делами перевешивает. «Неужели одна эта пуговица все мои злые дела перевесила? – удивился человек. – Сколько добрых дел я сделал, а их и не видно!» И услышал, как Ангел говорит ему: «Из-за того, что ты гордился своими добрыми делами, они и пропали. А вот именно этой пуговицы, о которой ты забыл, хватило, чтобы ты от гибели спасся!»
Монах Симеон Афонский
Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.Читайте также
Билет в один конец: как добирались в Иерусалим в XVIII веке
Паломничество ко Гробу Господню было далеко не спокойной поездкой. Перед выездом писали завещание и прощались с родными навсегда.
Почему нерадивого студента в средневековье не могли повесить?
Статус клирика и папские буллы делали школяра неприкосновенным для городского суда и разъяренной толпы.
Луна закона и солнце благодати
Митрополит Иларион сравнил закон и благодать с луной и солнцем. А написал он это произведение в Киеве, который только что едва выстоял в осаде печенегов.
Рассказы о древней Церкви: как пастыри отделялись от паствы
В этот период Церковь искала баланс между соборностью и властью иерархии, между браком и аскезой, между необходимостью церковного порядка и активным участием мирян.
Подземелье, где света и покоя было больше, чем во дворце
Римские катакомбы были не сырыми норами для беглецов, а подземным городом первых христиан – с вентиляцией, световыми шахтами и фресками.
Как монахи спасали античность, скрипя зубами и перьями
Платона, Галена и языческую грамматику сквозь руины Рима пронесли монахи – при свете лампы, с замерзшими пальцами, под гул сражений.