Пасхальный стол-2018: подсчитываем бюджет
В этом году пасхальное меню обойдется дороже
Великий пост подходит к концу. Еще немного – и напряженность Страстной седмицы сменится всеобщей радостью Воскресения Христова. И если православные духовно готовятся к светлому празднику на протяжении всей святой Четыредесятницы – держат пост, усугубляют молитву, благоговейно приступают к таинствам, – то в последние дни начинается активная «телесная» подготовка – уборка дома, планирование пасхального меню, закупка необходимых продуктов. Украинская ментальность предусматривает праздничный стол, что ломится от разнообразных яств. В некоторых источниках, ссылаясь на древние традиции, даже советуют готовить 40 блюд – якобы по количеству постных дней. Здравый смысл и экономическая ситуация в стране, конечно, накладывает свой отпечаток на размер и содержание пасхальной корзины. Во сколько обойдется скромное меню из простых блюд, привычных для украинской кухни, в этом году? – журналисты СПЖ подсчитали для вас.
Цены были взяты в среднем из супермаркетов нашей страны на 26 марта 2018 года, за две недели до праздника Воскресения Христова.
Итак, представьте: Светлое Воскресенье. Утро. Вы возвращаетесь домой после ночной литургии. Дома тепло и пахнет куличами. Несколько минут приятной суеты на кухне, и вся семья садится за стол. А там… традиционный ароматный кулич, нежная творожная пасха, яркие желтки крашенок, теплый куриный бульон, зеленый весенний салат, аппетитно пахнущая чесночком домашняя колбаса и буженина с хреном, голубцы со сметаной, а на десерт – торт «Птичье молоко».
Желаем вам, дорогие читатели, встретить Христово Воскресение, не сокрушаясь о растратах, не замотавшись на кухне, а сохранив в сердце светлую Пасхальную радость!
Читайте также: Паска, которая всегда получается
Читайте также
Связь через вечность: Почему мы молимся за мертвых
Вселенская родительская суббота. Мы стоим в храме с записками об упокоении и думаем: а есть ли смысл? Если человек умер, его судьба решена. Или нет?
Когда святые не могли простить друг друга: История трех учителей Церкви
Икона показывает их вместе, но жизнь развела врозь. О том, как дружба разбилась о церковную политику, а единство пришлось выдумывать через семьсот лет.
«Если останусь живым, уйду в Почаевскую лавру!»: история старца-подвижника
Он прошел Вторую мировую, пережил советские тюрьмы и гонения на Церковь, но не сломался. Воспоминания о схиархимандрите Сергии (Соломке) – легендарном экономе и молитвеннике.
Опьянение Богом: почему Исаак Сирин молился за демонов, не веря в вечный ад
Церковь вспоминает святого, чье богословие – это радикальный протест против сухих законов религии. О том, почему Бог не справедлив, а ад – это школа любви.
Что будет с христианством, когда оно перестанет быть оплотом цивилизации?
Западные демократии любят вспоминать о свободе вероисповедания… когда им выгодно. Когда нет – прекрасно дружат с гонителями христианства.
Скальпель и крест: Разговор с хирургом, выбравшим Бога в разгар террора
Ташкент, 1921 год. Профессор хирургии надевает рясу и идет в операционную. Я спрашиваю: зачем? Он отвечает, но не так, как я ожидал.