Невероятное чудо святителя Иоасафа
Крестный ход в Белгороде в день обретения мощей святителя Иоасафа, 1911 год
«Тогда я учился в Санкт-Петербургской Духовной академии. Знаний у меня было много, а веры настоящей не было. На торжества по случаю открытия мощей святителя Иоасафа я ехал с неохотой и думал об огромном скоплении народа, жаждущего чуда. Какие могут быть чудеса в наше время?
Приехал – и зашевелилось что-то внутри: такое увидел, что невозможно было оставаться спокойным. Со всей Руси съехались больные, калеки – столько страданий и боли, что трудно смотреть. И еще: всеобщее ожидание чего-то чудесного поневоле передавалось и мне, несмотря на мое скептическое отношение к предстоящему.
Наконец прибыл Император с Семьей и было назначено торжество. На торжествах я уже стоял с глубоким волнением: не верил и все же ждал чего-то. Трудно нам сейчас представить себе это зрелище: тысячи и тысячи больных, скрюченных, бесноватых, слепых, калек лежали, стояли по обеим сторонам пути, по которому должны были пронести мощи святителя.
Особое мое внимание привлек один скрюченный: на него нельзя было смотреть без содрогания. Все части тела срослись – какой-то клубок из мяса и костей на земле. Я ждал: что же может произойти с этим человеком? Что ему может помочь?
И вот вынесли гроб с мощами святителя Иоасафа. Такого я никогда не видел и вряд ли увижу – почти все больные, стоящие и лежащие вдоль дороги, исцелялись:
слепые прозревали, глухие слышали,
немые начинали говорить, кричать и прыгать от радости,
у калек выпрямлялись больные члены.
С трепетом, ужасом и благоговением смотрел я на все происходящее – и не выпускал из виду того скрюченного. Когда гроб с мощами поравнялся с ним, он раздвинул руки – раздался страшный хруст костей, будто что-то разрывалось и ломалось внутри него, и он стал выпрямляться с усилием – и встал на ноги. Какое потрясение было для меня!
Я подбежал к нему со слезами, потом схватил какого-то журналиста за руку, просил записать...»
В Петербург я вернулся другим человеком – верующим.
Архимандрит Досифей
Читайте также
Христианство не учит человека быть удобной жертвой
Когда Христа били по лицу Он не подставил вторую щеку молча. Где заканчивается настоящее смирение и начинается религиозно оправданная травма?
Победа воскресения над античным разумом
Апостол Павел напоминает о главном фундаменте христианской веры. Воскресение Спасителя – не красивый миф, а исторический факт, преобразивший саму материю бытия.
Апостол второго плана
Матфия причислили к лику учеников Христовых не за какие-либо заслуги, а за то, что он никуда не исчезал, пока другие уходили и предавали.
Пасхальная проповедь о разборках в винограднике
Хозяин виноградника платит опоздавшему столько же, сколько работавшему с рассвета. Таков был главный удар Спасителя по нашему чувству справедливости.
Бог услышал крик Давида, услышит и наш
Треть библейских псалмов – это крик боли, упреки и гнев, обращенный к Богу. Церковь не вычеркнула из них ни строки – ведь в этом можно найти опору.
Мера поста важнее его строгости
Типикон расписывает мирянину монастырский устав по часам, не давая образцов его мирского исполнения. Мера поста – не в уставе, а в рассудительности.