Образ Богородицы и православная софиология

8/21 сентября Церковь отмечает праздник иконы Софии-Премудрости Божией

Православная софиология – учение о Мудрости. Одно из самых загадочных и до конца нераскрытых в богословии понятий. Софию относят традиционно к ипостаси Христа, а не Богородицы. И изображение на иконе Софии Девы Марии (как той, что родила ипостасную премудрость) является привнесенным. Изначально там было символическое изображение Софии в виде женственного Ангела или же, по мысли Г. Флоровского, Ангела Великого Совета.  Вопрос православной софиологии сложный, но интересный. В этой публикации мы дадим ее краткий историко-богословский анализ.

Конечно же понятие мудрости возникло задолго до Рождества Христова. Оно являло собой некий идеал знания и одновременно способа бытия,  отличающегося от жизни других людей. Мудрость в античном мире понималась как истинная философия и означала стремление человека к целостности, осмысленности и гармоничности жизни. 

Это же понимание мудрости имеет место и в традиции Ветхого Завета. Поэтические книги в разных образах, понятиях, аллегориях и проч. воспевают осмысленность, рассудительность, разумность духовной жизни. По мысли автора библейских книг разум и мудрость имеют источник в Боге. Но в этих книгах есть фрагменты, которые позволяют нам интерпретировать Мудрость как силу предвечно исходящую от Божества и не отождествляющуюся с миром. Она есть инструмент сотворения мира (Пс. 103:24) и обладает активным демиургическим началом (Притч. 8:22-31).

В Новом Завете понимание Ипостасной Божественной Мудрости усваивается Иисусу Христу, в котором сливаются Логос (Слово) и София (Мудрость). Разные Святые Отцы по разному учили об этом в своих трудах. На этом можно было бы и остановиться в плане богословского понимания Божественной Премудрости, но толчок в развитии этого учения был дан в средневековой Европе. И связан он был с распространением культа девства. Так возникает женский образ премудрости, связанный с Богородицей и Христом и символизирующий чистоту и девство. (Г. Сузо). София является проявлением Бога, Его идеей. Это вечная, нетварная, нерожденная Дева, олицетворение целомудрия и непорочности. По отношению к Троице София выступает в качестве «проявления» как целостность Троицы, не имеющая ничего общего с земной плотью (Я. Бёме). Под влиянием западной философии учение о Софии проникает и в Россию и, как философский концепт, появляется в конце XVIII – начале XIX в. в связи с распространением переводов европейских мистиков.

Главной проблемой софиологии становится проблема взаимоотношений Бога и мира. Владимир Соловьев отождествляет Софию то с миром Идей в Боге, то с Душой Мира, постепенно доводя софиологию до пантеизма, где тварный мир не другой по отношению к Богу, а лишь недолжное, искаженное его состояние. Для него София - это также Вечная Женственность, идеальное человечество.

Павел Флоренский и Сергей Булгаков трактуют Софию как «Ангела Хранителя творения», творческий замысел Бога о мире, совокупность прообразов твари, как «идеальную субстанцию, основу творения, мощь и силу ее бытия». Тенденция софиологов трактовать Софию как «четвертый ипостасный элемент Святой Троицы иерархически им не равный, но участвующий во внутритроичной жизни Божества, и являющийся началом тварной многоипостастности» приводит к тому, что это учение осуждается определением Архиерейского собора РПЦЗ 1935 г. Критики софиологии (Г. Флоровский, С. Четвериков, В. Лосский) склоняются к пониманию Софии как Промысла Божия или как Нетварной Энергии Божества. До конца сформированной и догматически обоснованной софиологии на сегодня в православии нет.

Позиция философа в этом вопросе как правило зависит от его конфессиональной принадлежности. Но в целом православная антропология  даёт нам  три аспекта понимания мудрости.

  1. Мифологема, отражающая представление о смысловой наполненности и устроенности вещей и мира в целом.
  2. Один из атрибутов Божества в иудео-христианской традиции.
  3. Антропологическая характеристика, способность и условие нравственной и познавательной активности человека.

Что касается святоотеческого учения о софиологии, то оно исходит из различения знания разума и мудрости сердца и настаивает на том, что размышление в этом вопросе должны быть не логико-рассудочные, а молитвенно-духовные.

 

Читайте также

Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы

Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.

Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?

Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.

Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти

Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.

Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»

В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.

Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость

Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.

Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки

Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.