Такое разное Рождество: сердечная непраздность души

Марианна Стоукс (1855-1927) «Ангелы, развлекающие Богородицу и новорожденного Христа»

С одной стороны, ожидаемо радостное, домашне-застольное, хлебосольно-разговейное, фееричное, колядочно-веселое, фольклорно-вертепное, белоснежно-морозное, милое, по-детски конфетное Рождество.

С другой стороны, «жесткая посадка» Богочеловека на Землю в грязном хлеву, среди угрюмо жующих животных и в море невинной детской крови. Начало Нового Завета между Богом и человечеством заключается на этой крови. С одной стороны Завет подписывают своей кровью так и не успевшие пожить на Земле дети, а с другой стороны Бог, ставший человеком «нас ради и нашего ради спасения». В Евангельской истории Рождества Христова нет ничего общего ни с рождественским гусем, ни с конфетти, ни с бенгальскими праздничными огнями. Есть только огни факелов убийц, которые бегут по следу Богомладенца, убивая по пути всех, кто от двух лет и менее.

Разные атмосферы Рождества Христова, разное восприятие веры, разное понимание того, как жить и как спасаться. Большинство из нас так и живут, словно говоря: «Господи, тебе Крест, Голгофа и мучения, а мне пожалуйста, – воскресение, Царство Божие и вот того самого… того, что «...не видел глаз, не слышало ухо и не приходило на сердце человеку» (1 Кор 2; 9, и побольше, пожалуйста...» Нам хочется праздника, света, радости, торжества, триумфа. Оно и понятно. Кому же хочется умирать, распинаться, выдавливать из себя по капле раба греха. Это сложно, больно, тяжело и мучительно. Оливье и рождественский гусь куда лучше.

Но ведь если мы не зачнем в себе Христа, не выносим, не сбережем Его, не вынянчим, не вырастим в себе, то и воскресать в нас будет некому.

Но вот в чем беда. Тут дело даже не только в том, что было более двух тысяч лет тому назад. Здесь дело в том, что мы никак не можем понести в себе Христа. Господь неутомимо бросает семя Духа Святого в наше сердце, чтобы в нем зачалось Божественное Слово, но выжженная почва нашей души раз за разом отторгает святое Семя. Приходит Ирод и убивает Слово в самом зародыше. Но ведь если мы не зачнем в себе Христа, не выносим, не сбережем Его, не вынянчим, не вырастим в себе, то и воскресать в нас будет некому.

Козы и волы будут жить в нашем сердце вместо Бога. Куры, петухи, бесноватые гадаринские свиньи будут носиться туда сюда по душе, но никто там не посеет семя Вечной Жизни, не распнет нашего ветхого человека с его похотями и страстями, не скажет нам: «Мир Вам».

На что мы надеемся? На то, что «как-то будет», на то, что «умрем, а там посмотрим»? На что посмотрим? На объедки со своих праздничных столов? На бессмысленно и бесцельно прожитые жизни? После Рождества Христова смысл жизни у любого человека только один – получить доступ к Его Воскресению. А для этого нужно пройти со Христом короткий отрезок этой земной жизни. Жить Христом, слагать в сердце каждое Его Слово, умирать со Христом, распинаться вместе с Ним, только тогда будет нам надежда на то, что и мы войдем в его Воскресную радость.

Настоящая радость – тихая, мирная, со слезами умиления и благодарности Богу за его любовь, за Его милость, за Его к нам великое снисхождение. За то, что Он, будучи Богом, не возгнушался стать маленьким беспомощным человеком.

Пока мы выдавливаем из себя на Рождество и на Пасху душевное веселие, имитируем чувственную восторженность, мы теряем настоящую радость пребывания в едином духе со Христом, радость Его соприсутствия в нашей жизни, сопребывания в нашей душе. Вся истинная радость верующего человека может быть только в Боге, когда душа носит на себе тонкую нежную вуаль благодати и бережет ее, чтобы она, не дай Бог, не порвалась.

Вот где есть истинная радость и свет веселия. Люди часто пытаются ее заменить вкуснопоеданием или каким-то подобным чувственным удовольствием, но это все не то. Настоящая радость – тихая, мирная, со слезами умиления и благодарности Богу за его любовь, за Его милость, за Его к нам великое снисхождение. За то, что Он, будучи Богом, не возгнушался стать маленьким беспомощным человеком. За то, что, будучи Всемогущим и Всеблаженным, Он стал гонимым, избитым, поверженным, страдающим ради того, чтобы каждого из нас вытянуть из адской ямы греховной жизни на тонкой верёвочке любви, верности и доверия.

Вера в Бога – нежное и тонкое чувство. Она требует тишины и покоя молитвы. Давайте прислушаемся к своему сердцу в эти дни. Что там происходит? Шевелится ли младенчик Христос в нас самих? Бьётся ли в нас Его сердце? Если да, то не нарушьте Его покой, не спугните, спойте Ему тихо и с умилением: «Слава в вышних Богу и на Земле мир, в человецех благоволение…»

Читайте также