Рождественское письмо преп. Амвросия Оптинского: Об искоренении зависти
Преп. Амвросий Оптинский
Поздравляю вас с сим всерадостным христианским торжеством и сердечно желаю вам встретить и провести великий праздник сей, равно и наступающий новый год в мире и утешении духовном.
Желал бы я, по случаю сего знаменательнаго праздника, сказать вам нечто душеполезное. Побеседуем о зависти, насколько страсть сия зловредна и душевредна. Дряхлый 70-летний старик царь Ирод, услышав, что родился Христос, новый царь израильский, уязвился завистью, которая настолько ослепила и ожесточила его сердце, что он решился избить в Вифлеемской области до 14 000 младенцев, чтобы с ними вместе погубить и родившегося Христа. Состарившийся Ирод, ослепленный страстию зависти, не мог разсудить, что ему немного жить, а родившемуся младенцу Христу, чтобы наследовать царство, надобно было сначала прийти в возраст и возмужать; так как не было примера, чтобы родившиеся только младенцы восхищали чье-либо царство. Но завистливый Ирод Христа не убил, а душу свою на веки погубил, и избиенные им младенцы вечно будут блаженствовать в селениях праведных с мучениками, а он должен вечно мучиться в геенне.
Слыша все это, постараемся всячески противится зависти и истреблять сию страсть в самом ея начале, потому что до крайней степени побежденные завистию поступают в делах своих почти подобно Ироду, и если бы они были цари, то простирали бы злобу свою до убийства многих.
Повторяю, сестры о Господе и матери, и чада духовныя, позаботимся не презирать сказаннаго о зависти, столько зловредной и душевредной и пагубной, и понудим себя иметь ко всем любовь и благорасположение и доброжелательство всем. Любящим и нелюбящим вас, благосклонным и неблагосклонным, благоприветливым и неблагоприветливым. Не вотще сказано в Слове Божием: «Бог любы есть, и пребываяй в любви, в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает». Аминь.
Рождество Христово, 1878 год.
Читайте также
Несторианство: ересь профессоров
Как блестящий ум превратил веру в чертеж? История патриарха Нестория – это пример того, как логика пасует перед тайной и как рождаются расколы.
Гора Каранталь: испытание покоем
Скальная вершина стоит стеной между шумом Иерихона и тишиной пустыни. Здесь молчание – как зеркало, проявляющее то, из чего мы сделаны на самом деле.
Герои под низким потолком: о литературе, которая разучилась видеть вечное
Современная проза все чаще напоминает эмоциональную аптечку, лишенную надежды. Почему подмена нравственного выбора травмой забирает у нас небо и делает литературу тесной?
Бумажная крепость: григорианский раскол 1925 года
В 1920-е годы екатеринбургские соборы пустовали при полной поддержке властей. Как проект ОГПУ по созданию послушной церкви разбился о сопротивление верующих.
Кость земли: почему скальные монастыри Днестра невозможно уничтожить
Лядова и Бакота – это тишина внутри камня, пережившая набеги орды, взрыв и затопление. История о местах, где жизнь ушла под землю, чтобы сохраниться.
Крестовоздвиженское братство на Черниговщине: попытка жить по Евангелию
В конце XIX в. миряне создали общину, где вера определяла не только богослужение, но и труд, воспитание, быт и отношения. Этот опыт оказался неудобен почти всем. Почему?