По ту сторону сказки: Здравствуй, Кристофер Робин!

В истории литературы есть тексты, может быть не самые искусно написанные, не самые интеллектуальные, а прямо скажем, почти безделицы, которые, однако, остались жить дольше, чем их авторы. Книга Алана Милна о Винни Пухе одна из них. Сам автор не относился к ней серьезно и даже обижался из-за того, что она затмила все остальные его произведения. Но с момента выхода книги в 1926 году, каждый ребенок в читающем мире знает в лицо и по имени плюшевого медведя Винни Пуха.

Нам с вами и вообще повезло – чудесные мультики Федора Хитрука с вечным Винни Е.Леоновым - это неотъемлемая часть нашего детства.

Винни и его компания продолжают свою жизнь в игрушках, спектаклях, кино.

Недавно вышли на экраны два фильма с похожими названиями – английский «Прощай, Кристофер Робин» режиссера Саймона Кертиса (2017) и американский «Кристофер Робин» Марка Форстера (2018). Скажу сразу – они не конкуренты – каждый хорош по-своему. Фильм Кертиса с английской точностью восстанавливает историю из жизни создателя Винни Пуха и его сына, а американский - сказка, выдуманная с начала и до конца.

Так вот я об английском.

События фильма  разворачиваются в период между двумя мировыми войнами. Писатель Алан Милн, прошедший Первую мировую, не может смириться с тем, что мир не изменился после войны – бедные по-прежнему бедны, богатые наглы, и не было смысла умирать ради этого порядка вещей.

Он решает переехать с семьей в  загородный дом Котчфорд-Фарм в Хатерфилде. Собственно там, в близлежащем Эшдаунском лесу - будущем Стоакровом и происходят приключения Василька – так называет отца Кристофер и Билли Муна – так мальчик называет сам себя. Да и медведь поначалу зовется Эдвардом, это потом ему придумают новое имя – Винни Пух, сокращенное от Виннипег – была такая настоящая медведица в зоопарке, бывший талисман канадского полка. И лебедя Пуха – да вы и сами знаете это из книжки.

Фильм же о том, как отец и сын сначала уходят из удивительного мира Стоакрового леса – пространства тепла и детства, а потом, после долгих скитаний и испытаний, обид и прощения – возвращаются туда.

Это история написания книги. Василек переживает, что  никак не может начать писать после войны, а тут еще надо рассказывать сыну сказки. Довольно одинокому мальчику, которого недолюбливает мать и воспитывает няня. Кстати, в реальной жизни, Милн разрешил няне Оливии религиозно просвещать Кристофера, в фильме есть несколько трогательных молитв пред сном.

Постепенно Билли Мун, играющий с плюшевым медведем растопил сердце отца, и они оба засели за книжку о приключениях Винни и его игрушечных друзей. Рисовать картинки к  ним приезжал друг Милна и иллюстратор Эрнест Шепард.

Стоакровый лес – удивительное, мистическое пространство. Там находится и северный полюс, и ось земли. Там живут и путешествуют Винни, Пятачок, Тигра, Кенга, Кролик, ослик Иа и крошка Ру, и даже слонопотам. А медвежонок все водит и водит своих друзей по малюсенькому лесу, как некогда пророк по пустыне, с той разницей, что пророк вел людей в землю обетованную, а Стоакровый лес и был этой землей.

Это ничего, что там можно застрять в кроличьей норе или примерзнуть хвостом к реке, в этом мире каждый может проявить слабость, допустить ошибку, чтобы другие могли его защитить и спасти.

 «- Нужно делать то, что любишь, с теми, кого любишь. Ведь никто не знает, что будет дальше…»

Книжка, выйдя в свет, сразу обрушила на Милнов грохот «медных труб», и это стало настоящим испытанием для их семьи. Родители ездили с презентациями все дальше, Кристофер оставался с няней все дольше. Стоакровый лес опустел без Василька. И их с Билли Муном тайное место, стало достоянием миллионов чужих людей. А сам Билли Мун - вечным Кристофером Робином из книжки.

Хотя Милн понял, какому испытанию он подверг сына, и даже остановил эту рекламную компанию Кристофера Робина, но рана ребенку уже была нанесена. Он надолго стал предателем для сына.

Это продолжалось долгие годы и настолько измучило Кристофера, что он предпочел уйти на войну, туда, где его никто не знает, чтобы стать простым солдатом без имени с номером на груди.

 «- Но ты же сам хотел, чтобы я написал эту книжку. - Я хотел книжку для меня, а не про меня. И мне не нужен был оркестр на день рождения. Мне нужен был ты, Василек!» – говорит Кристофер отцу перед отправкой на фронт.

Когда Кристофер вернется домой и снова пройдется с отцом по их «стоакровому» лесу, в ответ на раскаяние отца: «Этот медведь поглотил нас…», он расскажет ему историю о том, как солдаты в окопах пели песенки Винни Пуха, и это утешало и ободряло их. 

«- Ты напомнил людям, что бывает счастье и детство, когда все было в руинах»

Видимо, чтобы напоминать кому-то  о счастье, нужно его испытать самому, а еще пережить много печали, чтобы знать всему цену.

Надо сказать, что в жизни Кристофер Милн не брал денег за книги о Винни Пухе. Он женился, купил книжный магазин, у них с женой  родилась дочь Клэр. Она была больна  ДЦП. Все деньги за использование образа Винни Пуха идут в благотворительный «Фонд Клэр Милн» для больных детей.

Признаться, зная Винни Пуха, я почти ничего не знала о настоящем Кристофере Милне и этот красивый, тонкий и умный фильм стал  для меня открытием.

Так что – Здравствуй, Кристофер Робин!

 

Читайте также

Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы

Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.

Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?

Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.

Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти

Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.

Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»

В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.

Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость

Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.

Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки

Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.