Притча: Вырви кипарис!

Старец сказал одному из учеников:

– Вырви этот кипарис!

Кипарис тот был мал, и брат тотчас одною рукою вырвал его. Потом старец показал ему на другой, больший первого, и сказал:

– Вырви и этот!

Брат раскачал его обеими руками и выдернул. Опять показал ему старец другой, еще больший, он с великим трудом вырвал и тот. Потом указал ему на иной, еще больший; брат же с величайшим трудом сперва много раскачивал его, трудился и потел, и наконец вырвал и сей. Потом показал ему старец и еще больший, но брат, хотя и много трудился и потел над ним, однако не мог его вырвать. Когда же старец увидел, что он не в силах сделать этого, то велел другому брату встать и помочь ему; и так они оба вместе едва успели вырвать его.

Тогда старец сказал братии:

– Вот так и страсти, братия: пока они малы, то, если пожелаем, легко можем исторгнуть их; если же вознерадим о них, как о малых, то они укрепляются, и чем более укрепляются, тем большего требуют от нас труда; а когда очень укрепятся в нас, тогда даже и с трудом мы не можем одни исторгнуть их из себя, ежели не получим помощи от некоторых святых, помогающих нам по Боге.

Из книги «Душеполезные поучения»

Читайте также

Рассказы о древней Церкви. Уровень управления: митрополит

​Развитие административной системы древней Церкви создало институт митрополий. В чем баланс между соборной свободой и властью первенствующего архиерея?

Золотые швы Воскресения

Японская традиция склеивать разбитые пиалы лаком с драгоценным порошком перекликается с евангельскими образами.

Монашеская залоговая лавка без барышей

В XV веке итальянский ремесленник, взявший в долг на хлеб, за год отдавал ростовщику половину своего имущества. Монахи-францисканцы придумали, как остановить это без всякой прибыли.

Город танцевал до смерти под заказную музыку

Летом 1518 года жители Страсбурга исполняли смертельные танцы под музыку, которую заказала местная власть. Остановить эпидемию смогла не медицина, а Церковь.

Как труженики не увидели утопленника

На знаменитом полотне гибнет мифологический герой, но зритель замечает это в последнюю очередь. Брейгель поставил в центр композиции не катастрофу гордеца, а повседневный труд пахаря.

«Пикасо́»: Рождество в Киевской семинарии

Отрывки из книги Андрея Власова «Пикасо́. Часть первая: Раб». Эпизод 28