Притча: о самой правильной молитве

Однажды пришла ко мне одна бабушка, из набожных, и спросила:

– Что мне делать, отче? Я неграмотная и не знаю молитв. Спасусь ли я без молитв?

Я сказал ей:

– А ты совсем не молишься?

–  Да я молюсь! 

– Так как же ты молишься? 

А она говорит мне:

– Да вот как я молюсь: когда подметаю дом, молю Бога: Боже, вычисти грязь из души моей, как я вычищаю эту грязь из дома, и пусть нравится она Тебе, как мне нравится чистый дом. А когда стираю белье, то тоже говорю: Господи, смой зло с души моей, чтобы и я была чистой, как чиста эта рубашка. И так говорю во всем, что бы я ни делала. Да хорошо ли так делать-то?

–  Живи так всю свою жизнь!

*   *   *

Это непрестанная молитва ума. Тогда ум уже не любопытствует, он уже не хочет что-нибудь увидеть, потому что у него уже нет на это времени. Он уже не хочет увидеть что-нибудь другое, потому что все время занят священными и высокими вещами, духовными, а все прочее оставляет его равнодушным.

Отрывок из интервью с протосингелом Петронием (Тэнасе)

порталу Православие.ru

Читайте также

Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы

Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.

Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?

Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.

Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти

Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.

Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»

В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.

Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость

Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.

Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки

Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.