Притча: о самой правильной молитве

Однажды пришла ко мне одна бабушка, из набожных, и спросила:

– Что мне делать, отче? Я неграмотная и не знаю молитв. Спасусь ли я без молитв?

Я сказал ей:

– А ты совсем не молишься?

–  Да я молюсь! 

– Так как же ты молишься? 

А она говорит мне:

– Да вот как я молюсь: когда подметаю дом, молю Бога: Боже, вычисти грязь из души моей, как я вычищаю эту грязь из дома, и пусть нравится она Тебе, как мне нравится чистый дом. А когда стираю белье, то тоже говорю: Господи, смой зло с души моей, чтобы и я была чистой, как чиста эта рубашка. И так говорю во всем, что бы я ни делала. Да хорошо ли так делать-то?

–  Живи так всю свою жизнь!

*   *   *

Это непрестанная молитва ума. Тогда ум уже не любопытствует, он уже не хочет что-нибудь увидеть, потому что у него уже нет на это времени. Он уже не хочет увидеть что-нибудь другое, потому что все время занят священными и высокими вещами, духовными, а все прочее оставляет его равнодушным.

Отрывок из интервью с протосингелом Петронием (Тэнасе)

порталу Православие.ru

Читайте также

Евхаристия в римских трущобах

В 250 году Рим нанес удар по христианству тотальной бюрократией. В тесных многоэтажках Церковь выстраивала тайную сеть выживания.

Бронзовый лев против королевского меча

Средневековье принято считать эпохой абсолютного бесправия, где монарх казнил по щелчку пальцев. Но Церковь начертила границу, перед которой госмашина пасовала.

Убежище под сводами: как нас лечит храмовый полумрак

Мы бежим от выжигающего света ламп и экранов. Древняя церковная архитектура предлагает укрытие – спасительную терапию полумрака.

Риза из дорожного плаща

Фелонь священника когда-то грела плечи римского путника в дождь. Сейчас духовенство носит на себе одежду древних империй, но с новыми смыслами.

Духовная инженерия в осажденном Константинополе

Городские крестные ходы в Византии двигались по расписанию точнее военного марша – и не раз удерживали горожан от паники.

Рассказы о древней Церкви. Уровень управления: епископ

Раньше каждый христианин знал своего епископа лично. Исторический разбор показывает превращение малой общины-семьи в огромную административную структуру.