Хранить ли верность канонам в современном мире

Мозаика Архангело-Михайловского Зверинецкого монастыря. Фото: pinterest.ru

В контексте обсуждения сегодняшней церковной ситуации в Украине особым звучанием вспыхивает специфическое слово «канон», под которым обычно понимают дисциплинарные правила внутрицерковной жизни, сформулированные Святыми Вселенскими и Поместными Соборами и святыми отцами и принятые как общеобязательные для исполнения всеми православными христианами.

Верность канонам и каноничность всегда отличали Православную Церковь от других религиозных сообществ, в которых действовали иные правила. Более того, святые отцы часто предупреждали учеников, что отступление от канонического пути грозит опасностью отпадения от благодати Божией. Неслучайно сами тексты святых канонов завершаются предупреждением: «Если кто-то сделает то-то или то-то, да будет анафема… или извержен… или отлучен от причастия».

Но сейчас все чаще звучат вопросы о применимости канонов в современном мире, в котором полностью поменялись внешние условия жизни. Ведь действительно, как можно требовать исполнения правил, составленных около 2 000 лет назад, если все вокруг стремительно меняется.

«Если Церковь хочет быть интересной современному обществу, – говорят апологеты ревизии канонического права, – то Она должна соответствовать этому обществу и отвечать на вызовы современности».

«Любовь не требует канона». Сторонники этой мысли предлагают пересмотреть каноны и сделать церковную жизнь более современной.

У подобного воззрения становится все больше и больше симпатиков, которые перестают воспринимать каноны как нравственные маркеры, отделяющие грех от правды, дозволенное от недозволенного. «Любовь не требует канона» – вот один из главных лозунгов современного церковного модернизма. Сторонники этой мысли предлагают пересмотреть каноны и сделать церковную жизнь более современной.

С другой стороны, церковные «консерваторы» требуют от людей Церкви строгого и ригористического соблюдения всех канонических норм и предписаний, включая мельчайшие подробности об одежде и прическе, а также ставшие чуть ли не «притчей во языцех» предписания 11-го правила VI Вселенского Собора.

Так необходимо ли буквально исполнять всю Книгу правил, или назрела необходимость радикальной ревизии всего канонического корпуса? Споры вокруг этого вопроса все чаще и чаще разгораются в соцсетях.

Когда мы говорим о канонах, то говорим о явлении богодухновенном, как и вся жизнь Церкви во Святом Духе.

Чтобы ответить на него верно, достаточно обратиться к истории формирования канонов и авторитетным мнениям православных канонистов и богословов. Стоить вспомнить хотя бы главу «Значение канонов: вечное и временное» одного из ведущих знатоков канонов протоиерея Владислава Цыпина.

Конечно же, когда мы говорим о канонах, то говорим о явлении богодухновенном, как и вся жизнь Церкви во Святом Духе. Все Святые Соборы, определившие те или иные канонические правила и нормы, проходят под знаком апостольского возгласа «Изволися Духу Святому и нам» (Деян. 15, 28), с которого начался Апостольский Собор, описанный в библейской книге Деяний. Таким образом, все каноны являются богодухновенными, так как отражают историческую перспективу и нравственное применение вечных богооткровенных и неизменных догматов и вероучительных истин.

Поэтому попытка ревизии церковного права, попытка вычеркнуть и выбросить из канонического корпуса какую-то часть правил и канонов будет означать дерзкую попытку человеческим разумом пересмотреть и ревизировать Священное Предание, модифицировать догматическую и вероучительную традицию.

Именно поэтому Православию чуждо любое стремление разделить каноны на «необходимые» и «маловажные», «действующие» и «недействующие», потому что такое разделение уже содержит в себе хулу на Творца канонов – Святого Духа – и унижение авторитета Соборов, на которых они были приняты.

Православию чуждо любое стремление разделить каноны на «необходимые» и «маловажные», «действующие» и «недействующие».

В то же самое время каноны, как пишет отец Владислав, «по сути своей представляют приложение неизменных и вечных непогрешимых основ христианского нравственного учения и экклезиологических догматов <…> к изменяющейся церковной жизни. Поэтому во всяком каноне можно обнаружить, с одной стороны, укорененность в неизменном догматическом учении Церкви, а с другой – каноническая норма всегда актуальна и, следовательно, обусловлена исторически конкретной ситуацией, связана с обстоятельствами церковной жизни, которые имели место в момент издания правила и которые впоследствии могли измениться. Таким образом, в идее всякого канона содержится неизменный, догматически обусловленный момент, но в своем конкретном и буквальном смысле канон отражает и преходящие обстоятельства церковной жизни».

Следовательно, чтобы правильно применить каноны в современной жизни, необходимо выделить их «экклезиологическую суть» – то, что подвигло Отцов к написанию этого канона, что отражает в конкретных изменяющихся исторических условиях неизменное и богодухновенное догматическое существо Святой Церкви, ее вероучение и нравоучение.

Как пример такого правильного понимания канонов отец Владислав приводит ситуацию с 4-м каноном II Вселенского Собора:

«Некоторые из канонов носят характер частных определений, и уже поэтому по буквальному тексту они не применимы ни в каких других случаях, кроме тех, по которым были изданы: так, 4-е прав. II Всел. Соб. гласит: "О Максиме Кинике и о произведенном им безчинии в Константинополе: ниже Максим был, или есть епископ, ниже и поставленные им на какую бы то ни было степень клира, и соделанное для него, и соделанное им, все ничтожно". По своему буквальному смыслу этот канон неприменим с тех пор, как улажена была ситуация с захватом Константинопольской кафедры Максимом Киником, ибо его текст формулирует состоявшееся судебное решение по конкретному делу. Но с учетом всех обстоятельств дела Максима Киника из этого канона выводятся исключительно важные экклезиологические принципы, в частности, недопустимость поставления епископа на уже занятую кафедру. Таким образом, правило это действует в Церкви на основании прецедентного принципа, и применяется по аналогии».

Подводя итог вышесказанному, следует заметить, что оба подхода – и требование ригористического буквального исполнения совокупности всех канонических правил, и требования всецелой ревизии и тотального изменения канонического корпуса – противоречат церковной традиции и богословскому учению о природе Церкви.

Читайте также