Вечная история Каина и Авеля. Какую жертву не примет Бог?
Митрополит Антоний (Паканич). Фото:facebook.com/MitropolitAntoniy
В «Книге Бытия» говорится, что Каин, старший сын Адама и Евы, занимался земледелием, а его младший брат Авель пас овец. Однажды они принесли в дар Богу результаты своих трудов: Каин часть урожая, а Авель – лучших животных своего стада. Но Бог не принял жертву Каина. По преданию, на жертвоприношение Авеля сошел ниспосланный Господом огонь, а на дар Каина подобный огонь, знаменующий угодность жертвы Богу, так и не сошел. И Каин, огорчившись, обозлился на своего брата и из зависти убил его.
Рассуждая над данным библейским отрывком, святитель Иоанн Златоуст замечает: печаль Каина происходила не только от того, что сам он был отвергнут, но и от того, что принят был дар брата его. Таким образом, начало греха Каина коренится в зависти.
Но почему Бог не принял жертву Каина?
Добро, которое сделано недобрым образом, не есть добро. Чтобы тот или иной наш поступок был расценен как добродетель, одного наличия доброго дела недостаточно – всякому доброму делу должен сопутствовать еще и определенный духовный настрой, иначе наше добро в результате может превратиться в зло.
Каин был первым сыном Адама и Евы и ощущал свое первородство, превосходство над младшим братом. В представлении Каина жертва воспринималась как некая возможность поделиться с Богом чем-то «своим», будто бы все в этом мире и так не принадлежит Богу, а Сам Бог не «вседоволен», но имеет в чем-то нужду.
Каин был абсолютно уверен в том, что Бог просто должен принять его жертву. В то же время Авель, его младший брат, понимал, что он «не первый», а потому никаких особых «прав» и «преимуществ» у него нет, и исходя из этого осознавал, что все в его жизни зависит исключительно от Господа.
Именно поэтому Авель, ничего не присваивая себе, отдавал Богу лучшее из всего, что у него было. Священное Писание так и говорит, что Авель принес Богу самое лучшее, «первородное от стада своего». Жертва Авеля потому и была принята Богом, что Авель принес ее от чистого сердца и при том принес не что-нибудь, без разбора, но самое лучшее, отборное. Каин же принес жертву, так сказать, только для галочки, без каких бы то ни было искренности и радушия.
Мы должны осознать, что Бог ни в чем не имеет нужды, у Него есть все. Богу не нужны какие-то наши материальные жертвы: «Жертва Богу дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50; 19).
Весь смысл подлинной жертвы – в любви, с которой эта жертва приносится, а потому даже если наша жертва кажется нам ничтожно малой с точки зрения ее материальной ценности, она в то же время будет чрезвычайно ценной в глазах Божиих.
Бог не нуждается в жертве, но для человека важно показать свою признательность, свою благодарность Богу. У Бога не прибывает и не убывает от наших жертв. Господь всегда Один и Тот же. В жертве нуждаемся мы с вами.
Читайте также
Логово дракона: Почему Иордан потек вспять?
Мы думаем, что Крещение – это про здоровье и купание в проруби. А это про войну со злом. Христос спускается в бездну, чтобы сокрушить древних чудовищ в их собственном доме.
Вода – память мира о рае: почему мы всегда испытываем жажду
Мы привыкли считать воду просто ресурсом, но в христианстве это «космический слух» и свидетель сотворения мира. О том, почему стакан воды на столе – это символ надежды, и как научиться пить молитву.
Пустыня мегаполиса: как найти Бога в шуме новостей и гуле мыслей
О том, почему Бог не живет в онлайне и как создать тишину внутри себя, даже если вы в метро.
Пророчества о воде: зачем Иордан потек вспять и почему огонь сошел на воду
В Крещенский сочельник мы читаем о том, как пустыня становится садом, а горькая вода – сладкой. Почему эти древние тексты – ключ к пониманию главной тайны праздника?
Логика Гроссмейстера: почему Бог не играет по нашим правилам
14 января – Всемирный день логики. Как быть, когда Бог ломает наши схемы? О том, почему вера – это геометрия изгнания и как доверять Тому, Кого нельзя понять.
Бог под ножом: Почему Церковь празднует первую боль Христа
Мы часто прячем этот праздник за памятью Василия Великого, стесняясь его физиологичности. Но Бог доказал, что Он – не голограмма, а реальный человек.