Притча: о доверии святым
Фото: gazeta.a42.ru
Когда я жил с бабушкой и мамой, у нас в квартире завелись мыши. Они полками бегали, и мы не знали, как от них отделаться. Мышеловки мы не хотели ставить, потому что нам было жалко мышей.
Я вспомнил, что в требнике есть увещевание одного из святых диким зверям. Там начинается со львов, тигров и заканчивается клопами. И я решил попробовать. Сел на койку перед камином, надел епитрахиль, взял книгу и сказал этому святому:
– Я ничуть не верю, что из этого что-то получится, но раз ты это написал, ты, значит, верил. Я твои слова скажу, может быть, мышь поверит, а ты молись о том, чтобы это получилось.
Я сел. Вышла мышь. Я ее перекрестил:
– Сиди и слушай! – и прочел молитву.
Когда я кончил, перекрестил ее снова:
– Теперь иди и скажи другим.
И после этого ни одной мыши у нас не было!
Читайте также
Свет Воскресения на дне погибающего мира
Самый ликующий образ Воскресения Христова византийцы написали не в золотой век, а в умирающей империи – на стене усыпальницы.
Билет в один конец: как добирались в Иерусалим в XVIII веке
Паломничество ко Гробу Господню было далеко не спокойной поездкой. Перед выездом писали завещание и прощались с родными навсегда.
Почему нерадивого студента в средневековье не могли повесить?
Статус клирика и папские буллы делали школяра неприкосновенным для городского суда и разъяренной толпы.
Луна закона и солнце благодати
Митрополит Иларион сравнил закон и благодать с луной и солнцем. А написал он это произведение в Киеве, который только что едва выстоял в осаде печенегов.
Рассказы о древней Церкви: как пастыри отделялись от паствы
В этот период Церковь искала баланс между соборностью и властью иерархии, между браком и аскезой, между необходимостью церковного порядка и активным участием мирян.
Подземелье, где света и покоя было больше, чем во дворце
Римские катакомбы были не сырыми норами для беглецов, а подземным городом первых христиан – с вентиляцией, световыми шахтами и фресками.