Четвероевангелие: о чем писал любимый ученик Христа

Апостол и евангелист Иоанн. Фото: zneoba.ge

По своему содержанию и стилю изложения это Евангельское повествование особенное и заметно отличается от остальных. Прочитав хотя бы единожды все четыре Евангелия, нельзя было не заметить, что апостол Иоанн пишет ощутимо сложнее.

Так вот, несмотря на действительную глубину мысли, греческий словарь апостола Иоанна меньше, чем у остальных авторов. Так, например, апостол Лука употребляет в два раза больше терминов и понятий. Иоанн же строит свою речь в основном вокруг одних и тех же слов, таких как: Отец, мир, жизнь, любовь, свет и т.д. Для наименования Христа апостол также активно пользуется такими повторяющимися метафорами, как Спаситель мира, Агнец Божий, Пастырь добрый, Хлеб жизни и т.п. Интересно отметить, что при этом притчи являются своего рода развертыванием обозначенных метафор.

Нужно также понимать, что апостол Иоанн меньше остальных евангелистов уделяет внимание хронологии и географии описываемых событий, стремясь больше передать их суть.

Именно поэтому Евангелие от Иоанна представляет собой чреду отдельных речей и сцен, между которыми не обязательно будут переходы.

Относительно авторства четвертого Евангелия у исследователей возникают некоторые вопросы, но большинство все-таки не сомневается, что это был апостол от 12-ти Иоанн. Имя автора в самом тексте не упоминается, но из текста же мы можем узнать, что писал его ученик, которого любил Иисус, который также был знаком первосвященнику, Христос заповедал ему заботиться о Своей Матери, а после Воскресения он сопровождал апостола Петра.

По времени написания Евангелие от Иоанна является самым поздним. Многие святые отцы указывают, что Иоанн был знаком с первыми тремя Евангелиями. Наиболее емко данная мысль выражена у Евфимия Зигабена:

«Когда Иоанн получил от некоторых верующих Евангелия других евангелистов и увидел, что все они говорили по преимуществу о вочеловечении Спасителя и пропускали учение о Его Божестве, то он одобрил и позволил эти Евангелия и засвидетельствовал их истину и достоверность. Затем, по внушению Самого Иисуса Христа, он приступил к своему Евангелию; в нем он рассказывает нечто из того, что уже было рассказано другими, чтобы не подумали, что его Евангелие не имеет связи с Евангелиями других, но особенное внимание он обращает на то, что пропущено ими, и больше всего на богословское учение о Спасителе, как наиболее необходимое, ввиду появления ересей».

Для нас очевидно, что апостол Иоанн написал Евангелие как непосредственный свидетель всех событий.

Однако в критической библеистике существует мнение, что он также опирался либо на уже существовавшее устное Предание, либо на «Евангелие знамений», которое не сохранилось как памятник, но содержало рассказы о чудесах, совершенных Спасителем.

Как бы там ни было, даже если каждое из предположений частично верно, это никак не колеблет авторитета Священного текста. Итак, у нас теперь есть все вводные данные о Евангелиях, осталось только углубиться в само содержание, а этого объема работы хватит до конца жизни.

И давайте помнить, что получаемые из Священного Писание знания должны еще находить свое выражение в конкретных действиях, мыслях и поступках.

Читайте также

Вода для сердца: Почему Экзюпери писал о Крещении, сам того не зная

Мы все сейчас бредем через пустыню усталости. Перечитываем «Маленького принца» перед праздником Богоявления, чтобы понять: зачем нам на самом деле нужна Живая вода.

Литургия под завалами: О чем молчит рухнувшая Десятинная церковь

Князья бежали, элита испарилась. В горящем Киеве 1240 года с народом остался только неизвестный митрополит, погибший под обломками храма. Хроника Апокалипсиса.

Святыня в кармане: Зачем христиане носили свинцовые фляги на шее

Они шли пешком тысячи километров, рискуя жизнью. Почему дешевая свинцовая фляжка с маслом ценилась дороже золота и как она стала прообразом нашего «тревожного чемоданчика».

Чужие в своих дворцах: Почему Элиот назвал Рождество «горькой агонией»

Праздники прошли, осталось похмелье будней. Разбираем пронзительное стихотворение Т. С. Элиота о том, как тяжело возвращаться к нормальной жизни, когда ты увидел Бога.

Бог в «крисани»: Почему для Антоныча Вифлеем переехал в Карпаты

Лемковские волхвы, золотой орех-Луна в ладонях Марии и Господь, едущий на санях. Как Богдан-Игорь Антоныч превратил Рождество из библейской истории в личное переживание каждого украинца.

Рассказы о древней Церкви: положение мирян

В древности община могла выгнать епископа. Почему мы потеряли это право и стали бесправными «статистами»? История великого перелома III века.