Притча о поскользнувшемся атеисте
Нам не будут страшны никакие обрывы на пути, если мы будем доверять Богу. Фото: mota.ru
Вися на ветке, раскачиваясь на холодном ветру, он понял всю безнадежность своего положения: внизу были замшелые валуны, а способа подняться наверх не было. Его руки, держащиеся за ветку, с каждым мгновением слабели. «Ну, – подумал он, – только один Бог может спасти меня сейчас. Я никогда не верил в Бога, но, может быть, ошибался. Терять все равно нечего».
И вот он воззвал:
– Боже! Если Ты существуешь, спаси меня, и я буду верить в Тебя! Ответа не было. Он позвал снова:
– Пожалуйста, Боже! Я никогда не верил в Тебя, но если Ты спасешь меня сейчас, я с сего момента буду верить в Тебя.
Вдруг раздался глас:
– О нет, не будешь, Я вижу, что написано в твоем сердце!
Человек так удивился, что едва не выпустил ветку.
– Пожалуйста, Боже! Я на самом деле думаю так! Я буду верить!
– Хорошо, Я помогу тебе, – вновь послышался голос. – Отпусти ветку.
– Отпустить ветку?! – воскликнул человек. – Не думаешь ли Ты, что я сумасшедший?
Читайте также
Святой против системы: фильм «Тайная жизнь» Терренса Малика
История австрийского фермера, который отказал Гитлеру и взошел на плаху, повторяя подвиг Иоанна Крестителя. Почему голос совести важнее инстинкта самосохранения.
Вода для сердца: Почему Экзюпери писал о Крещении, сам того не зная
Мы все сейчас бредем через пустыню усталости. Перечитываем «Маленького принца» перед праздником Богоявления, чтобы понять: зачем нам на самом деле нужна Живая вода.
Литургия под завалами: О чем молчит рухнувшая Десятинная церковь
Князья бежали, элита испарилась. В горящем Киеве 1240 года с народом остался только неизвестный митрополит, погибший под обломками храма. Хроника Апокалипсиса.
Святыня в кармане: Зачем христиане носили свинцовые фляги на шее
Они шли пешком тысячи километров, рискуя жизнью. Почему дешевая свинцовая фляжка с маслом ценилась дороже золота и как она стала прообразом нашего «тревожного чемоданчика».
Чужие в своих дворцах: Почему Элиот назвал Рождество «горькой агонией»
Праздники прошли, осталось похмелье будней. Разбираем пронзительное стихотворение Т. С. Элиота о том, как тяжело возвращаться к нормальной жизни, когда ты увидел Бога.
Бог в «крисани»: Почему для Антоныча Вифлеем переехал в Карпаты
Лемковские волхвы, золотой орех-Луна в ладонях Марии и Господь, едущий на санях. Как Богдан-Игорь Антоныч превратил Рождество из библейской истории в личное переживание каждого украинца.