Называешь захват – захватом? Получи подозрение!
Штурм монастыря в Черкассах. Фото: СПЖ
Всю страну (и не только) облетели кадры, как люди в камуфляже махали кулаками и цепями. Священнику Сергию Пащенко сломали челюсть, 76-летнему старику-прихожанину – ногу, про такие «мелочи», как сотрясения мозга или рваные раны у других пострадавших, даже не упоминаем. Это побоище осудили даже некоторые сторонники ПЦУ (очень немногие). Полиция открыла 5 уголовных дел.
И вот теперь за то, что митрополит Черкасский назвал этот захват – захватом, СБУ вручила ему новое подозрение по ст. 161 (нарушение равноправия граждан в зависимости от их религиозных убеждений). В СБУ почему-то считают, что жестокое избиение, в результате которого монастырь перешел под контроль ПЦУ – это не захват. А если ты так это называешь, то ты – «распространитель фейка».
Сложно даже представить, как надо теперь действовать, чтобы соответствовать ожиданиям силовиков. Зиму называть летом? Самокат – автобусом?
Читайте также
Каноническая математика Фанара в хиротониях ПЦУ: когда 1×0=1
В Константинопольской Церкви пояснили, почему считают законной хиротонию, совершенную самозванцем и человеком, лишенным епископского сана.
Украинцы без тепла и света только радуются и танцуют?
Глава УГКЦ не единожды критиковал план США по достижению мира. И теперь он говорит, мол, украинцы готовы терпеть войну столько, сколько нужно, их уничтожают, а они только поют и танцуют.
Когда на Львовщине закрывают все храмы УПЦ – это ведь свобода веры?
На Галичине власти полностью запретили УПЦ и охотятся на верующих, которые ходят на подпольные службы, а в США уверяют, что никаких притеснений в Украине нет.
Почему «благочестие» Епифания оправдывает надежды Патриарха Варфоломея
На Фанаре уверены, что Думенко «непоколебимо стоит на духовных высотах».
Обращение Думенко к УПЦ о «диалоге»: искреннее или нет?
Если бы в ПЦУ действительно хотели диалога, они бы приняли решение об отмене захватов и возвращении награбленного.
Куда уехал цирк? Он был еще вчера
На «службе» ПЦУ с Думенко в захваченном соборе во Владимире люди есть. Но уже на следующий день – без Думенко – людей нет.