Притча: Злой дух
Фото: joyreactor.cc
Однажды к святому Антонию Великому пришел дьявол и начал рыдать.
– Кто ты, и что с тобой случилось? – спросил преподобный.
– Святой отец, – ответил дьявол, – я не человек, я – злой демон.
– Что же тебе нужно?
– Ничего более, – отвечал злой дух, – кроме того, чтобы ты спросил Господа, примет ли он покаяние дьявола?
– Иди домой пока, а завтра я тебе дам ответ, – сказал святой.
В тот же вечер преподобный Антоний молился Господу.
– Господи! Открой мне, недостойному рабу твоему, простишь ли ты человека, превзошедшего грехами демонов?
Антоний думал, что у него был грешник, назвавший себя демоном по смирению! Вдруг перед святым предстал Ангел божий и сказал:
– Зачем ты молил Господа за дьявола? Ведь он приходил искушать тебя!
– Я этого не знал, – ответил Антоний. – Почему же Господь не открыл мне этого?
– Не смущайся, – ответил Ангел. – Когда к тебе искуситель придет снова, то скажи ему: «Ты – древнее зло, ты – сама гордость. Как же ты можешь принести достойное покаяние? Древнее зло не делается новым добром!».
Сказав это, Ангел скрылся.
На другой день дьявол снова явился в образе плачущего человека. Когда святой Антоний передал ему слышанное от Ангела, злой дух засмеялся и сказал:
– Если бы я считал себя древним злом, то я позаботился бы о спасении гораздо раньше, но не теперь. Теперь мне самому служат люди и даже трепещут предо мной. Возможно ли мне, господствующему над грешниками, сделаться ныне смиренно кающимся? Нет! Нет!
Сказав это, дьявол исчез.
Читайте также
Почему Торжество Православия – это праздник художников
В Британском музее хранится небольшая икона – тридцать семь сантиметров высоты. Именно с нее стоит начать разговор о том, что произошло в марте 843 года.
Зарытый заживо: как игумен Афанасий переиграл королей и иезуитов
Его убивали трижды – отлучали от сана, заковывали в колодки, расстреливали. Восстанавливаем хронику подвига святого по документам.
Рассказы о древней Церкви: состояние духовенства в первые века
Источники этого времени рисуют довольно неоднозначную картину состояния клира. Чтобы ее себе представить, разберем три аспекта: образование, нравственность и обеспечение.
Математика узла: почему вервица остается бесшумным оружием
Предмет, который обыватель принимает за украшение, монах получает при постриге как духовный меч. Что прячется в девяти переплетениях одного узла?
Серебряные подсвечники: как милосердие становится ценой спасения души
Мы часто воспринимаем прощение как легкий жест. Но сцена из романа Виктора Гюго открывает иную правду: за свободу другого всегда приходится платить своим серебром.
Анатомия стыда: почему фреска Мазаччо передает боль
Перед нами образ, который разделил историю на «до» и «после». Фреска Мазаччо – это не просто искусство, это зеркало нашей катастрофы.