Притча: Злой дух
Фото: joyreactor.cc
Однажды к святому Антонию Великому пришел дьявол и начал рыдать.
– Кто ты, и что с тобой случилось? – спросил преподобный.
– Святой отец, – ответил дьявол, – я не человек, я – злой демон.
– Что же тебе нужно?
– Ничего более, – отвечал злой дух, – кроме того, чтобы ты спросил Господа, примет ли он покаяние дьявола?
– Иди домой пока, а завтра я тебе дам ответ, – сказал святой.
В тот же вечер преподобный Антоний молился Господу.
– Господи! Открой мне, недостойному рабу твоему, простишь ли ты человека, превзошедшего грехами демонов?
Антоний думал, что у него был грешник, назвавший себя демоном по смирению! Вдруг перед святым предстал Ангел божий и сказал:
– Зачем ты молил Господа за дьявола? Ведь он приходил искушать тебя!
– Я этого не знал, – ответил Антоний. – Почему же Господь не открыл мне этого?
– Не смущайся, – ответил Ангел. – Когда к тебе искуситель придет снова, то скажи ему: «Ты – древнее зло, ты – сама гордость. Как же ты можешь принести достойное покаяние? Древнее зло не делается новым добром!».
Сказав это, Ангел скрылся.
На другой день дьявол снова явился в образе плачущего человека. Когда святой Антоний передал ему слышанное от Ангела, злой дух засмеялся и сказал:
– Если бы я считал себя древним злом, то я позаботился бы о спасении гораздо раньше, но не теперь. Теперь мне самому служат люди и даже трепещут предо мной. Возможно ли мне, господствующему над грешниками, сделаться ныне смиренно кающимся? Нет! Нет!
Сказав это, дьявол исчез.
Читайте также
К святым – по предварительной записи
В пещерах Лавры всегда одна температура – и при монголах, и при Хрущеве. И одна и та же святость. Но теперь к мощам пускают только по сорок человек в день и по записи.
«Пикасо́»: грехопадение и покаяние
Отрывки из книги Андрея Власова «Пикасо́. Часть первая: Раб». Эпизод 26. Предыдущую часть произведения можно прочитать здесь .
Ключи от Канева: как преподобномученик Макарий не отступил перед ордой
Сентябрь 1678 года помнит дым над Днепром и сотни людей в соборе. История преподобномученика Макария Овручского о пастыре, который не бросил своих овец ради спасения жизни.
Постная весна или засушливый ад: чему нас учит дуэль Зосимы и Ферапонта
Почему сухари отца Ферапонта пахнут гордыней, а вишневое варенье старца Зосимы – любовью. Читаем Достоевского в середине поста.
Броня невидимок: почему великая схима – это высшая свобода
Черный аналав с черепом – не знак траура, а снаряжение тех, кто покинул земную суету. Как обычная ткань становится щитом от любых земных тревог и страхов.
Человек, который писал умом: Феофан Грек и его белые молнии
Епифаний Премудрый наблюдал за ним часами – и так и не понял, как он работает. Феофан расписывал стены, не глядя на образцы, и одновременно вел беседу о природе Бога.