К дереву Закхея ведут следы крови
Иисус и Закхей. Собор Святого Марка. Свод к востоку от купола святого Леонарда (мозаика, XI век). Фото: wikipedia.org
Евангельское чтение о Закхее, по сути, предваряет подготовку к периоду Великого поста. Мелкий по жизни и по качествам души Закхей смог прибавить себе росту так, чтобы увидеть Христа. В этом ему помогло подходящее дерево, стоящее в нужном месте. Это изменило его жизнь. Нам также надо как-то найти то самое дерево, залезши на которое мы сможем увидеть Бога.
Мы живем приземленной жизнью, из глубины которой Христа не видно. Она очень проста и находится в плоскости двух координат, одна из которых отсчитывает время, а другая накопления. В этом двухмерном мире время однообразно и бездушно, как корова жвачку, пережевывает месяцы и годы нашей жизни, на протяжении которых мы копим деньги, болезни, вещи, проблемы, усталость, радости, горести – все то, что называется индивидуальным жизненным опытом. Бредем мы по этой плоскости, устало переступая через прожитые дни, которые на выходе превратятся в две скупые даты на могильной плите. Черточка между ними, похожая на математический минус, и будет символизировать нашу жизнь.
Большинство людей проживают ее так, как будто и не жили. Жизнь была «ни о чем». И таких «черточкоминусов» – миллионы. А ведь можно было бы прожить как-то иначе…
Мысли о том, что было бы неплохо как-то поднять голову и поискать то самое дерево, поднявшись на которое можно было бы узреть суть жизни, ее истинные масштабы и значение, периодически в голову нам лезли. Какая-то душевная тоска звала к чему-то загадочно-высокому, к тому, что может посолить нашу жизнь, придать ей содержательный вкус, озарить смыслом.
Но вместо соли большинство почему-то предпочли использовать специи, в виде разного рода политических и национальных идей, эстетико-художественных ценностей, поэтико-лирических восторгов, художественно-литературных вымыслов или просто банальных чувственно-сентиментальных переживаний. Однако даже эта мимикрия под духовность встречается все реже. Большинство просто «живут как все». Так жил Закхей и миллионы таких, как он. «Хочешь жить, умей крутиться», «Не обманешь – не проедешь», а в конце пути, как итог, «минусик» на надгробии между двумя датами.
Для того, чтобы залезть на то самое дерево, с которого видно Бога, нужно в свою двухмерную плоскость жизни ввести еще одну, третью координату, направленную в верх. Деревья растут в Небо, по земле стелется только трава. Без веры искать дерево смысла нет, его не будет видно. Впрочем, и этого мало. Найдя дерево, нужно еще набраться решимости оторвать ноги от земли.
Для человека, который только тем и занимался, что ползал, как змея, по двухмерной поверхности, питаясь падалью греха, это требует немалого мужества. Но если все же на это решиться, то по мере восхождения с ветки на ветку будут меняться масштабы жизненных картин. То, что раньше казалось большим, сверху будет видеться маленьким.
Из-за изменения угла зрения значение разных жизненных проблем и событий будут переосмысляться.
Пока мы были внизу, на земле, многое из того, что с нами происходило, мы преувеличивали, драматизировали. На то, что не стоило и выеденного яйца, тратили силы, здоровье, средства. А сколько времени было убито на ерунду, на пустые бессмысленные дела и слова, никчемные бумаги и проч. Только посмотрев на это сверху вниз, начинаешь понимать значение слов чеховского персонажа: «Жизнь прошла и жизни не было». Но долго смотреть вниз не нужно, потому что, не ровен час, голова закружится и можно свалиться.
Смотреть надо в другую сторону, туда, где идет Бог. Закхей, залезши на дерево, встретил Бога лицом к Лицу. Эта та самая встреча, о которой мы мечтаем всю свою жизнь. Красота и глубина глаз Божьей благодати такова, что, увидев их единожды, человек уже не сможет ничем другим жить, как только желанием утонуть в них и погрузиться в вечность Бога.
Пока наш ум бродит по мертвым теням мира, он не находит покоя. Как Каин, бегая с клеймом проклятия на челе, он боится то одного, то другого, переживает за десятки вещей одновременно. Мы ищем любви, но не находим, ставим ногу на землю, а проваливаемся в болото. Лишь найдя Единое Несозданное, Вечное, Надмирное, не преходящее, не изменяемое, слившись Ним, получив от Него единство и сыновство по благодати, понимаем: теперь мы дома. Мы нашли то, чего душа жаждала и искала всю свою жизнь.
Тогда от преизбытка любви и милосердия хочется и других позвать с собой, чтобы и они получили этот дар, чтобы также смогли возрадоваться и возвеселиться истинной, немеркнущей радостью. Душа хочет поделиться ею, приобщить к ней своих, блуждающих по кладбищу земли, братьев и сестер. Но, пытаясь привести людей к жизни вечной, зачастую получаешь от них в ответ насмешки, издевательства, проклятие, ненависть, а то и смерть. Так всегда было, есть и будет.
Но эта жертва не напрасна. По следам крови, ведущей к дереву жизни, придут другие следопыты. Они найдут это дерево, совершат тот же путь, и по их следам уже придут другие.
Читайте также
Святой с невыносимым характером
Блаженный Иероним Стридонский ругался с друзьями, оскорблял оппонентов и срывался на всех – и этот несносный книжник дал Западу Библию, которую читали тысячу лет.
Если молитва обледенела – это не ваша вина
Когда каноны давно читаются одними губами, а сердце молчит, как камень, – это еще не отпадение от Бога. У этого холода есть древнее имя, и через него проходили даже пламенные молитвенники.
Кротость – не слабость
Мы привыкли путать кротость с бесхребетностью. А в Евангелии этим словом называли объезженного боевого коня – огромную силу, взятую под узду.
Депрессия накрывает даже святых
Мы привыкли видеть на иконах безмятежные улыбки подвижников. Но один из самых глубоких интеллектуалов Церкви годами не мог выйти из комнаты из-за парализующей тоски.
Святой, над которым смеялась вся столица
Сто лет назад человека, которого теперь чтят как святого, образованная публика держала за посмешище. О том, как праведный Иоанн Кронштадтский отвечал на злые насмешки, стоит знать каждому, кто вступает в спор о вере.
Время погасить свет в прихожей
Мы слишком привыкли прятать усталость за маской сильного человека. Настоящая встреча с Богом начинается там, где больше нет сил притворяться.