Притча Паисия Святогорца: о тысяче змей
Старец Паисий Святогорец. Фото: crkvaub.rs
– Не всему верьте, что слышите, – сказал отец Паисий. – Ведь некоторые люди все истолковывают по-своему и пытаются убедить других в своей правоте.
Однажды к святому Арсению пришел человек и сказал:
– Благослови, отче! Там, на склоне горы, сто змей сползлись!
– Сто змей? – спросил святой. – Откуда?
– Ну, сто, не сто, а пятьдесят-то уж точно!
– Пятьдесят змей?
– Двадцать пять-то было.
– Где же ты видел, чтобы вместе сползлись двадцать пять змей? – удивился святой.
– Если не двадцать пять, то десяток был.
– Не может быть, – возразил святой Арсений. – Что ж у них там – собрание?
– Пять было, – не сдавался упрямец.
– Пять?
– Ну ладно, две.
Они помолчали. Потом святой спросил:
– А ты их видел?
– Нет! Но слышал, как они в кустах шипели: «Ш-ш-ш, ш-ш-ш»!
Читайте также
Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы
Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.
Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?
Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.
Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти
Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.
Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»
В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.
Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость
Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.
Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки
Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.