Хождение по водам житейского моря
Привязанности – это очень тяжелый груз, с которым по воде ходить никак не получится. Фото: СПЖ
Для того чтобы не утонуть в этом море, нужно иметь сердце, обращенное ко Христу. «ГорЕ имеем сердца», – слышим мы каждый раз перед началом Евхаристического канона. Ум же, подобно жене Лота, тянет нас на дно, пугая призраками опасностей и страхами скорбей. Не дать утонуть может только жизнь без ропота и принятие воли Божией как своей собственной. Погибают в этом странствии те, кто сильно привязан к вещам и делам мира сего. Преодолевают силу тяжести земли те, у кого дух непоколебимо пребывает в Боге.
Балласт, который тянет на дно
Привязанности – это очень тяжелый груз, с которым по воде ходить никак не получится. Ум, переполненный новостями, хламом ненужной информации, страхами и переживаниями, – тяжелейший балласт для такого путешествия. Размышлять о духовном интересно, богословские беседы развлекают наше эго, но не приносят душе никакой пользы. Куда лучше учиться жить в Боге молча, тихо и молитвенно.
Подводные пещеры, которые влекут к себе утопающих, на входе имеют надпись «удовольствие», а на выходе – «разочарование». Юность с головой ныряет в эту трясину, старость связана по рукам и ногам заботами, и только в среднем возрасте, вдоволь отведав разочарований, еще можно выплыть на берег истины.
Вера – это не знание, а содержание.
Ее наличие или отсутствие проверяется в скорбных обстоятельствах. Знания – вода, нарисованная на холсте, а вера – живой родник, из которого всегда можно напиться.
Наш главный враг – эгоизм
Христос заповедал нам любить друг друга, но не дал инструкции, как это делать. Поэтому каждый понимает любовь по-своему. Но настоящая любовь не конфликтует со свободой. Ревность, желание обладать – это не любовь, а эгоизм. Он и является нашим главным врагом.
Именно эгоизму удалось убедить наш ум, что святость – это не для нас, что это «не наша мера».
Самолюбие и саможаление запугали нас скорбями, с которыми мы якобы столкнемся на пути к Богу. Сластолюбие предлагает «построить кущи» у кратера действующего вулкана, потому что «хорошо нам здесь». Так, вместо того, чтобы спасаться, человек прячется в картонном домике иллюзий в надежде, что «как-то пронесет». Хотя в глубине души он точно знает: не пронесет. Дверь для бегства спрятана внутри нашего сердца. Там нас ждет Христос.
Спасение возможно только сейчас
Большинство людей хотят жить лучше. Очень редко встретишь того, кто хочет спастись. А спасение невозможно совершить вчера или завтра. Оно возможно только сейчас.
Только сейчас можно помнить о Боге и побеждать мир силой Христовой.
Только сейчас можно получить свободу от помыслов, погрузить ум в сердце, творить Иисусову молитву, простить и отпустить все обиды. Бог с нами только сейчас и ни в какое другое время. Но дьявол, накидывая на нас узду памяти и воображения, тянет то в прошлое, то в будущее, не позволяя жить в настоящем.
Как же достичь покоя? Принять сердцем и понять умом, что у Бога все рассчитано до мелочей, и Он никогда не ошибается. Тогда мы сможем идти по волнам житейского моря, понимая, что делаем это не силой наших способностей, а благодатью Божией, которая спасает всех, кто Ей доверяет.
Читайте также
Ловушка лжепатриотизма и духовное мужество в эпоху гонений
Настоящая любовь к Родине начинается с победы над собственными страстями. Взгляд православного клирика на верность Богу, уловки политиков и соблазны карьеры.
Святой с невыносимым характером
Блаженный Иероним Стридонский ругался с друзьями, оскорблял оппонентов и срывался на всех – и этот несносный книжник дал Западу Библию, которую читали тысячу лет.
Если молитва обледенела – это не ваша вина
Когда каноны давно читаются одними губами, а сердце молчит, как камень, – это еще не отпадение от Бога. У этого холода есть древнее имя, и через него проходили даже пламенные молитвенники.
Кротость – не слабость
Мы привыкли путать кротость с бесхребетностью. А в Евангелии этим словом называли объезженного боевого коня – огромную силу, взятую под узду.
Депрессия накрывает даже святых
Мы привыкли видеть на иконах безмятежные улыбки подвижников. Но один из самых глубоких интеллектуалов Церкви годами не мог выйти из комнаты из-за парализующей тоски.
Святой, над которым смеялась вся столица
Сто лет назад человека, которого теперь чтят как святого, образованная публика держала за посмешище. О том, как праведный Иоанн Кронштадтский отвечал на злые насмешки, стоит знать каждому, кто вступает в спор о вере.