Хождение по водам житейского моря

Привязанности – это очень тяжелый груз, с которым по воде ходить никак не получится. Фото: СПЖ

Для того чтобы не утонуть в этом море, нужно иметь сердце, обращенное ко Христу. «ГорЕ имеем сердца», – слышим мы каждый раз перед началом Евхаристического канона. Ум же, подобно жене Лота, тянет нас на дно, пугая призраками опасностей и страхами скорбей. Не дать утонуть может только жизнь без ропота и принятие воли Божией как своей собственной. Погибают в этом странствии те, кто сильно привязан к вещам и делам мира сего. Преодолевают силу тяжести земли те, у кого дух непоколебимо пребывает в Боге.

Балласт, который тянет на дно

Привязанности – это очень тяжелый груз, с которым по воде ходить никак не получится. Ум, переполненный новостями, хламом ненужной информации, страхами и переживаниями, – тяжелейший балласт для такого путешествия. Размышлять о духовном интересно, богословские беседы развлекают наше эго, но не приносят душе никакой пользы. Куда лучше учиться жить в Боге молча, тихо и молитвенно.

Подводные пещеры, которые влекут к себе утопающих, на входе имеют надпись «удовольствие», а на выходе – «разочарование». Юность с головой ныряет в эту трясину, старость связана по рукам и ногам заботами, и только в среднем возрасте, вдоволь отведав разочарований, еще можно выплыть на берег истины.

Вера – это не знание, а содержание.

Ее наличие или отсутствие проверяется в скорбных обстоятельствах. Знания – вода, нарисованная на холсте, а вера – живой родник, из которого всегда можно напиться.

Наш главный враг – эгоизм

Христос заповедал нам любить друг друга, но не дал инструкции, как это делать. Поэтому каждый понимает любовь по-своему. Но настоящая любовь не конфликтует со свободой. Ревность, желание обладать – это не любовь, а эгоизм. Он и является нашим главным врагом.

Именно эгоизму удалось убедить наш ум, что святость – это не для нас, что это «не наша мера».

Самолюбие и саможаление запугали нас скорбями, с которыми мы якобы столкнемся на пути к Богу. Сластолюбие предлагает «построить кущи» у кратера действующего вулкана, потому что «хорошо нам здесь». Так, вместо того, чтобы спасаться, человек прячется в картонном домике иллюзий в надежде, что «как-то пронесет». Хотя в глубине души он точно знает: не пронесет. Дверь для бегства спрятана внутри нашего сердца. Там нас ждет Христос.

Спасение возможно только сейчас

Большинство людей хотят жить лучше. Очень редко встретишь того, кто хочет спастись. А спасение невозможно совершить вчера или завтра. Оно возможно только сейчас.

Только сейчас можно помнить о Боге и побеждать мир силой Христовой.

Только сейчас можно получить свободу от помыслов, погрузить ум в сердце, творить Иисусову молитву, простить и отпустить все обиды. Бог с нами только сейчас и ни в какое другое время. Но дьявол, накидывая на нас узду памяти и воображения, тянет то в прошлое, то в будущее, не позволяя жить в настоящем.

Как же достичь покоя? Принять сердцем и понять умом, что у Бога все рассчитано до мелочей, и Он никогда не ошибается. Тогда мы сможем идти по волнам житейского моря, понимая, что делаем это не силой наших способностей, а благодатью Божией, которая спасает всех, кто Ей доверяет.

Читайте также

Ловушка лжепатриотизма и духовное мужество в эпоху гонений

​Настоящая любовь к Родине начинается с победы над собственными страстями. Взгляд православного клирика на верность Богу, уловки политиков и соблазны карьеры.

Святой с невыносимым характером

Блаженный Иероним Стридонский ругался с друзьями, оскорблял оппонентов и срывался на всех – и этот несносный книжник дал Западу Библию, которую читали тысячу лет.

Если молитва обледенела – это не ваша вина

Когда каноны давно читаются одними губами, а сердце молчит, как камень, – это еще не отпадение от Бога. У этого холода есть древнее имя, и через него проходили даже пламенные молитвенники.

Кротость – не слабость

Мы привыкли путать кротость с бесхребетностью. А в Евангелии этим словом называли объезженного боевого коня – огромную силу, взятую под узду.

Депрессия накрывает даже святых

​Мы привыкли видеть на иконах безмятежные улыбки подвижников. Но один из самых глубоких интеллектуалов Церкви годами не мог выйти из комнаты из-за парализующей тоски.

Святой, над которым смеялась вся столица

Сто лет назад человека, которого теперь чтят как святого, образованная публика держала за посмешище. О том, как праведный Иоанн Кронштадтский отвечал на злые насмешки, стоит знать каждому, кто вступает в спор о вере.