«Аллилуйя»: чего мы не знали о самом кратком славословии

В повседневных молитвах и во время храмового богослужения слово «аллилуйя» нами, как правило, прочитывается быстро, что называется «на автоматизме», но столь привычный возглас имеет свою историю и значение, о которых сегодня и поговорим.

Слово «аллилуйя» в еврейском оригинале содержит две первые буквы Имени Божия и означает «хвалите Господа». Вообще «аллилуйя» правильней назвать не просто словом и не возгласом, а аккламацией – текстовой формулой, поющейся народом в ответ на обращение или возглас священника. Этот факт уже делает наше восприятие затронутой темы более значительным. 

Употребление аккламации «аллилуйя», скорее всего, ввел царь Давид. Во всяком случае, раньше времени его правления ничего подобного не встречается. В первой книге Паралипоменон описано как «аллилуйя», вместе с «аминь», стали ответом народа во время богослужения на пение псалма: «Благословен Господь, Бог Израилев, от века и до века! И сказал весь народ: аминь! аллилуия!» (1 Пар. 16, 36). Также в псалмах мы видим, как термином «аллилуйя» возглавлявший общественное богослужение иудей призывал воздать хвалу Богу. В русскоязычном переводе это сразу незаметно, но вот как, к примеру, выглядит соответствующий текст, начинающийся со славословия: «Славьте Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его» (Пс. 135, 1). Точно такое же начало мы встречаем и в 117 псалме, где в оригинале поется именно «аллилуйя». Без перевода этот возглас можно найти в 148 и в 150 псалмах.

К слову, призывы «пойте» или «благодарите» (псалмы 32, 105, 135 и т.д.) Господа по своему употреблению очень схожи с «хвалите» или «славьте».

«Благословен Господь, Бог Израилев, от века и до века! И сказал весь народ: аминь! аллилуия!» (1 Пар. 16, 36).

Чуть позже формула «аллилуйя» приобретает определенную независимость и становится хвалебным пением молитвенной общины. Именно поэтому мы встречаем ее в конце псалмов: «Они наследовали труд иноплеменных, чтобы соблюдали уставы Его и хранили законы Его. Аллилуия!» (Пс. 104, 44-45). Так, данная аккламация заняла важное место в иудейском богослужении.

В новозаветных книгах «аллилуйя» встречается четыре раза в Откровении апостола Иоанна Богослова в виде довольно сложной формулы: «И слышал я как бы голос многочисленного народа, как бы шум вод многих, как бы голос громов сильных, говорящих: аллилуия! ибо воцарился Господь Бог Вседержитель» (Откр. 19, 6). Остальные три примера содержатся в этой же главе с первого стиха – все вместе они выражают благодарение Богу за поражение «великой блудницы».

Так как сейчас продолжается пост, то отдельно нужно сказать об «аллилуйных» службах, совершение которых, согласно уставу, предписывается в будние дни не только в Великом, но и в другие многодневные посты. Собственно, свое название они получили в связи с тем, что на утрени, в отличие от внепостовых дней, вместо «Бог Господь…» полагается петь «Аллилуйя». По будням вместе с этой аккламацией поются стихи из книги пророка Исайи: «Душою моею я стремился к Тебе ночью, и духом моим я буду искать Тебя во внутренности моей с раннего утра: ибо когда суды Твои совершаются на земле, тогда живущие в мире научаются правде» (Ис. 26, 9). По субботам «Аллилуйя» поют в поминальные (родительские) дни вместе со стихами 24, 64 и 101 псалмов. Отдельно нужно сказать, что в такие дни как, например, накануне двух Вселенских суббот «Аллилуйя» употребляется вместо прокимна на вечерне.

«И слышал я как бы голос многочисленного народа, как бы шум вод многих, как бы голос громов сильных, говорящих: аллилуия! ибо воцарился Господь Бог Вседержитель» (Откр. 19, 6).

Всякий, кто внимателен к богослужению, не мог не заметить, что эта аккламация используется и при заупокойном богослужении, как-то панихида или отпевание. Интересно, что данная практика закрепилась не только в обряде восточных христиан, но и в испано-мосарабской традиции.

Теперь, когда мы кратко описали употребление «аллилуйя» в различные эпохи в различных вариантах, становится очевидной разница в их не столько смысловом, сколько в эмоциональном наполнении.

Если к ветхозаветному богослужению еще прибавить современное пение аккламации на литургии, то очевидной становится ее торжественность, а вот введение ее в покаянную или заупокойную службу противоречит такому настрою, известному не только у древних иудеев, но и у ранних христиан. Профессор Санкт-Петербургской академии Иван Алексеевич Карабинов в своем докладе на Поместном соборе 1917-1918 гг. ясно показал, что «аллилуйные» службы изначально были службами всех будней и лишь намного позже стали явлением исключительно постовым. 

Естественно, что установившиеся богослужебные традиции сегодня менять никто не будет, но это никак не мешает нам относиться к торжественному пению «аллилуйя» во всех случаях – никто же не говорит о мирском понимании торжества. Для христианской души прославление Бога уместно всегда: и в моменты покаяния, и в моменты молитвы за наших усопших близких.

Читайте также