Притча: о счастье и добре
Бабочка в руках. Фото: isabelmartinventura.com
Жил-был царь. И его народ, и соседние цари считали его очень жадным. Он взимал со своих подданных огромные налоги, готов был отобрать последний кусок хлеба у бедняка. Но вот как-то решил царь, что нужно научиться делать добро, чтобы соседи-цари начали его уважать.
«Но у меня нет желания делать добро, – подумал он. – Наверное, у тех, кто его творит, есть то, чего еще нет у меня». Он призвал своих советников-мудрецов и спросил их, кто больше всех делает добра людям:
– Больше всех добра творит счастливый, – единодушно ответили мудрецы. – Счастье его переполняет, и он не может не делиться им с людьми.
«Но я несчастлив, – подумал царь, – из-за того, что мне чего-то не хватает... Мне не хватает богатств. Вот когда я накоплю достаточно, то стану счастливым и начну делать добро».
И увеличил налоги своим подданным. Правда, после этого не стал счастливее, хотя и сделался еще богаче.
Оказывается, добро творит счастливый, но сделать человека счастливым чужое добро не может. Счастье взять силой или купить за деньги не возможно.
Читайте также
Зачем святые обители превращали в государственные тюрьмы?
История христианской Европы сохранила память о временах, когда монастыри становились местом государственной ссылки. Там решались судьбы монархов и праведников.
Пастух с письмом от Христа к королю Франции
Летом 1212 года тысячи паломников с посохами ждали, что море расступится перед ними. Позднейшие хронисты добавили к их истории корабли, работорговцев и воздыхание папы.
Фасад из костей и фасад из света
Антонио Гауди сорок три года строил храм в Барселоне зная, что эта стройка – на века.
Суд над мертвым папой
Однажды в Риме посадили на престол тело умершего папы и устроили над ним суд. Обвинение опиралось на церковное правило, которое когда-то спасло его кафедру.
Обитель, построенная назло королю
Когда в Минске у православных остался всего один храм, горожане решили построить еще один – и не остановились даже перед королевским указом.
Молодая Мать и спящий Христос
Микеланджело высек скульптуру Девы, которая выглядит моложе своего Сына, и единственный раз в жизни оставил на мраморе автограф. Ни одна из этих «странностей» не случайна.