Побег из ада

Духовный переворот. Фото: СПЖ

Послушник Симеон жил под самой крышей братского корпуса уединенного от цивилизации монастыря. «Яко Карлсон, который живет на крыше», – шутил он про себя, слушая, как шелестит дождь по шиферной кровле. Он сладко засыпал под унылую песню дождя и воздыхание осеннего ветра, обрывающего последние листья холодного ноября.

От обогревательной батареи под окном веяло теплом, мерцающая лампада у икон в углу и запах насушенной летней мяты создавали в душе Симеона атмосферу сердечного покоя, подогреваемого неустанной внутренней молитвой: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного…»

И снился ему все тот же часто повторяющийся сон… Будто стоит он в дорогом костюме, белой рубахе с повязанным пестрым галстуком в окружении своей команды подчиненных, вызывает секретаршу Людочку с просьбой приготовить для всех кофе и объявляет присутствующим о том, что очередная торговая сделка с бельгийской компанией увеличила их доходы на 20 процентов. Все аплодируют.

И вот он уже садится в кожаное кресло дорогого БМВ и указывает водителю: «На дачу!..», и звонит супруге, интересуясь, что купить из продуктов. Любимая жена Лиза отворяет двери и обнимает его со словами: «Устал, труженик мой…», и нежно целует.

И Семен просыпается…

И снова шумит дождь, он ловит в сознании обрывки сна, желая его продлить. Но уже звенит колокольчик будильщика, созывая на полунощницу. И он, кряхтя, встает, крестясь со словами: «Боже, милостив буди ми, грешному…»

Второе дыхание и начало падения

Часто после молитв на сон грядущим его переполнял страх бессонницы. Точнее – ночного пробуждения. Он просыпался часа в 2 ночи, полагая, что выспался и пора на полунощницу, но, глянув на часы, огорченно укладывался на койку. Ночную молитву у икон запретил духовник со словами: «Днем и так пахать нужно на коровнике, а организму нужен отдых». Он действительно часто на послушании клевал носом, после чего ему вменялось хорошо высыпаться. Но сон не шел, и мысли, одна другой тяжелее, бередили душу…

Как же все это случилось? Как он оказался на самом дне? Почему вовремя не остановился? Ведь сила воли была, и жизненный опыт был… Он умел преодолевать себя, никогда не опускал рук, особенно в бизнесе, где нельзя расслабляться, но всеми правильными и неправдивыми путями идти к цели и добиваться успеха.

Этот закон он усвоил еще в молодости, после службы в армии, когда занимался каратэ и тренировался через день по два часа кряду. И когда казалось, что силы и желание тренироваться его оставляют, он все же шел на тренировки, зная, что должно прийти «второе дыхание». И оно приходило: появлялись новые силы, легкость и радость от внутренней победы. Так и в жизни, и во всем остальном.

Но вот где-то был сбой. Где?.. Когда держал в руках первую тысячу хрустящих долларов? Когда с женой поехали в отпуск в Италию? Или когда он первый раз, хорошенько выпив с друзьями в дорогом ресторане, уселся за игровой стол рулетки и спустил сразу три тысячи долларов?

А потом злой, стиснув зубы и уже трезвый, снова шел в казино, чтобы отыграться, веря в победу. И отыгрывался, и выигрывал космическую сумму, и с бешеной радостью тащил в машину полный дипломат денег… Наркотики не пробовал, но ломка начиналась, когда он решал навсегда покинуть игорный дом.

Отношения в семье портились, и на работе ждали неудачи. Нечем было платить зарплату коллегам, и некоторые уволились. Нужно было что-то делать, открывать «второе дыхание». Но оно не открывалось. Тогда на помощь пришел алкоголь.

Точка невозврата

С утра по несколько глотков, и в течение дня через каждый час, и вечером уже «по полной». И даже ночью, чтобы уснуть… Лиза плакала, умоляла, ехали к врачам снимать алкогольное отравление, и наступала трезвость. А с ней раздражение и злость – и на работе, и дома. Чего не хватало? Раскаяния, покаяния. Он не винил себя, винил обстоятельства.

Что же было потом? Прошел год. Фирму пришлось закрыть, заняться перекупкой товара – «купи-продай». Выручка была небольшая, но на жизнь хватало. Пока в один прекрасный день от сделки по металлу с зарубежным партнером он сразу не отхватил крупную сумму. Победа!

Сейчас он понимал, что враг снова уловил его в свои долларовые сети. Ведь он ни разу не поблагодарил Бога, в Которого якобы верил, и при этом по-христиански даже не думал кому-то помочь, даже престарелым родителям, перебивавшимся кое-как в голодные 1990-е… И самое главное, теперь он понимал, что в одиночку, без помощи Божией, своими силами человеку с этой проблемой не справиться.

Денежная эйфория после черной полосы с новой силой вскружила голову…

Но и этого, казалось, мало: взялась неизвестно откуда молодая одинокая женщина, ставшая между ним и Лизой прочной стеной, так что измученная жена, прожившая с ним 20 лет, родившая двух сыновей, уставшая за него бороться, подала на развод. И он его с радостью принял, при этом чувствуя себя последним предателем…

Почему не остановился?.. Он не знал. Точнее – знал. Не знал, что выход есть – раскаяние. Но раскаяния не было. Была гордыня! Ах, так? – повторял он про себя. И оставил Лизе и квартиру, и дачу, и автомобиль, и кредитную карточку, куда положил круглую сумму. Дети уже взрослые, детей он не оставит. Но оставил. И покатился вниз, как снежный ком с горы…

Рулетка высосала последние деньги. Он стал нищим. Одиноким, опустившимся алкоголиком. О Боже! Зачем Ты меня оставил?! Зачем так жестоко покарал?

И он, совершенно обессиленный, как-то зашел в храм, вспомнив бабушку, мамину маму, которая всегда молилась и дома, и регулярно в храме. И говаривала ему: «Запомни, Семочка, без Бога не до порога…» И там, на небе, наверное, молится о нем…

А батюшка, уже немолодой, внимательный и добрый, положив руку на епитрахиль во время долгой со слезами беседы и исповеди, проговорил тихо:

«Да-а, деточка, дошел ты, судя по всему, до точки невозврата… Я вашего брата хорошо знаю: это люди, которые утратили элементарное чувство социальной ответственности, опустились, как говорят, "ниже плинтуса", попали в плен адский, и выбраться оттуда уже не в силах… Впрочем, попробовать можно. Душа твоя жива, и большой жизненный опыт у тебя за плечами. Ступай в монастырь, в 100 километрах отсюда. Там таких, как ты, настоятель отец Матфей привечает… Я тебе и адрес дам, и записочку рекомендательную напишу, и билет тебе купим…»

Новое послушание

Как раз в это ноябрьское утро Симеона вызвал к себе в кабинет отец Матфей со словами:

– Переводим тебя, брат, на другое послушание. Будешь у нас бухгалтерию вести, видел, какое строительство обители идет? И заруби себе на носу: ты не просто одержим страстью винопития, ты тяжело больной человек. И если не хочешь попасть в ад, ты каждый день должен благодарить Бога, что ты жив и пребываешь в обители под омофором Пресвятой Богородицы, и должен денно и нощно молить Ее о помощи в трезвости и трезвении духовном.

Прибавь к правилу после утренних молитв поучения святых отцов об опасности винопития… И выучи их на память. Ибо, как сказано в Послании апостола Петра: «Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1 Пет. 5:8).

Он лукав, он любит внушать, якобы большие дозы спиртного для тебя вредны, но рюмочку-вторую и не грех пропустить для здоровья. А там и запой. Часто до смерти доводящий. Душа-то тогда куда пойдет? Сам знаешь… И еще. Ты желал пострига год назад. Готовься, в Великом посту пострижем тебя. Как ты, не передумал?

– Не передумал, – вымолвил обомлевший Симеон.

И пошел на ставший уже любимым коровник попрощаться со своими буренушками. А может, и у них прощения попросить…

Читайте также