Кровавое серебро: как кража в Вифлееме спровоцировала Крымскую войну

Вифлеемская звезда, ставшая причиной кровопролития. Фото: СПЖ

8 января Церковь празднует Собор Пресвятой Богородицы. Это день единства, когда верующие собираются вокруг Богоматери и Богомладенца. Но история – дама ироничная и жестокая. Именно место Рождения Того, Кто принес мир, стало детонатором одной из самых кровопролитных войн XIX века.

Если вы спуститесь в Грот Рождества в Вифлееме, вы увидите на мраморном полу серебряную звезду. У нее 14 лучей. По кругу идет латинская надпись: Hic de Virgine Maria Jesus Christus natus est («Здесь от Девы Марии родился Иисус Христос»).

Она выглядит как символ абсолютного покоя. Вокруг горят лампады, пахнет воском и ладаном. Но если бы у нас был исторический счетчик Гейгера, то рядом с этим куском серебра он бы затрещал от радиации смерти.

На этой звезде – невидимая кровь полумиллиона солдат. Русских, французов, англичан, турок.

Улика №1: исчезновение

Перенесемся в 1847 год. Вифлеем – захолустный город в ослабевающей Османской империи. Грот Рождества – точка напряжения, где православные (греки) и католики (латиняне) веками толкаются локтями, выясняя, кто здесь главный хозяин.

И вот происходит событие, достойное полицейского протокола. Таинственным образом с места Рождения исчезает серебряная звезда с латинской надписью.

Кто это сделал? Латиняне мгновенно обвинили греков. Логика была железной: надпись на звезде – католическая, а престол над ней – православный. Грекам якобы «мозолило глаза» напоминание о латинском присутствии в их алтаре. Православные обвинения отвергали, намекая на провокацию самих католиков.

Разбирательство зашло в тупик, потому что речь шла не о стоимости драгметалла. Речь шла о суверенитете.

В святых местах Палестины действует понятие Status Quo – сложнейший, неписаный свод правил: кто, где и когда имеет право зажигать лампаду, стелить ковер или открывать дверь. Нарушение «Статус-кво» хотя бы на миллиметр – это повод для драки монахов (которые случаются и в наши дни, когда в ход идут кадила и швабры).

Кража звезды стала сигналом: система сдерживаний и противовесов рухнула.

Улика №2: ключи от храма

Звезда была лишь поводом. Истинной причиной конфликта стала связка ключей. Буквально – ключей от главных дверей Вифлеемской базилики. На тот момент ключи были у православных. Католики требовали передать ключи им, ссылаясь на старые договоры эпохи Крестовых походов.

Казалось бы, спор хозяйствующих субъектов. Пусть разбирается местный паша. Но в XIX веке религия была тем же, чем сегодня являются демократия и права человека – идеальным инструментом для геополитического давления.

В игру вступают тяжеловесы. Во Франции к власти приходит Луи Наполеон Бонапарт (будущий император Наполеон III). Ему шатко на троне. Ему нужна поддержка консервативного католического электората. Чтобы показать себя «самым христианским королем», он выдвигает Турции ультиматум: вернуть католикам ключи от Вифлеема и восстановить звезду.

В Российской империи правит Николай I. Он считает себя единственным легитимным покровителем всех православных христиан Востока. Для него уступка ключей католикам – это публичная пощечина и потеря лица.

Между этими жерновами оказывается турецкий султан Абдул-Меджид I. «Больной человек Европы», как называли тогда Турцию, пытается усидеть на двух стульях.

Султан совершает фатальную ошибку. Под давлением французского флота он торжественно передает ключи католикам. А чтобы успокоить Николая I, тайно подписывает фирман (указ), подтверждающий права православных.

Но дипломатия – это не рынок. Двойная бухгалтерия здесь ведет к войне.

Цепная реакция

Когда Николай I узнал, что ключи переданы «латинянам», он пришел в ярость. Император вводит войска в Дунайские княжества (территория современных Румынии и Молдавии) «для защиты единоверцев».

Цепочка событий раскручивается с пугающей скоростью:

Так началась Крымская война. Вдумайтесь в этот сюрреализм. Крестьянин из-под Воронежа и винодел из Бургундии убивали друг друга под Севастополем, умирая от тифа, гангрены и картечи.

Ради чего? Официально – ради «Святых мест». Ради того, чтобы кусок серебра с латинской надписью лежал на своем месте, а ключи от двери висели на поясе у «правильного» монаха.

Никогда еще в истории человечества такая маленькая религиозная деталь не вызывала такой масштабной мясорубки.

Фальшивка в алтаре

Самое циничное в этой истории – судьба самого артефакта. Пока армии разворачивались, а дипломаты писали ноты, султан Абдул-Меджид I попытался погасить конфликт деньгами. В 1853 году он за свой счет заказал точную копию украденной звезды и подарил ее храму.

Та звезда, которую сегодня целуют миллионы паломников, – это султанский «новодел». Оригинал 1717 года так и не нашли (скорее всего, его банально переплавили воры).

Помогло ли это? Нет. Звезда вернулась на место в 1853-м. А основные бои Крымской войны начались в 1854–1855 годах.

Маховик войны был уже запущен. Повод был исчерпан, но причины (желание Европы ослабить Россию и желание России контролировать морские проливы) остались. Звезда была лишь спичкой. Когда лес загорелся, о спичке все забыли.

Вердикт истории

Крымская война закончилась для Российской империи тяжелым поражением. Она потеряла флот, влияние и тысячи жизней. Европа тоже умылась кровью.

Но урок, который преподала нам Вифлеемская звезда, гораздо глубже политики.

В день Собора Пресвятой Богородицы мы видим страшную иронию. Место, где Ангелы пели «Слава в вышних Богу, и на земле мир» (Лк. 2:14), стало причиной войны.

Люди были готовы убивать за символ присутствия Бога, напрочь забыв о сути Его учения.

Это вечная ловушка религиозного сознания: подменить Живого Бога «святыней». Нам кажется, что если мы «контролируем» Гроб Господень или Вифлеемскую пещеру, то мы владеем Истиной.

Но история 1853 года показывает: можно владеть ключами от Храма, можно иметь самую красивую серебряную звезду, но при этом быть бесконечно далеким от Христа.

Артефакт – это просто вещь. Звезда – это просто серебро. Если ради обладания ими нужно пролить кровь брата, то цена этим святыням – черепки.

Настоящее поклонение, которого ждет от нас Родившийся Младенец – это не битва за место в алтаре, а мир в сердце. Все остальное – лишь повод для очередного Синопа и Севастополя.

Читайте также

Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?

Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.

Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти

Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.

Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»

В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.

Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость

Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.

Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки

Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.

Объятия Отца: Почему у Бога на картине Рембрандта разные руки

Картина, где у Бога две разные руки. Одна – мужская, другая – женская. Рембрандт умирал, когда писал это. Он знал тайные смыслы своего полотна.