Тайна забытых катакомбных символов
Крест в первые века христианства воспринимался не как атрибут земной власти. Парадоксальная победа над смертью через добровольное смирение и страдание.
Крест постоянно присутствует в повседневной жизни христианина: мы обычно носим на шее нательный крест, мы изображаем на себе крестное знамение, крестом венчаются купола храмов, он находится в красном углу вместе с иконами в наших домах и так далее. Крест нас защищает, ограждает от козней диавольских, кресту посвящаются богослужебные чинопоследования, частички Крестного Древа считаются одной из величайших христианских святынь. Крест изображают на государственных флагах и гербах, а порой на танках, самолетах и другом оружии.
Но давайте посмотрим, как первые христиане относились к самому Кресту Христову и его визуальному изображению.
Парадокс победы через поражение
Еще до Своего распятия Христос говорил о кресте: «Ко всем же сказал: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). В римском мире взять крест означало принять участь осужденного. Поэтому Христос говорит здесь прежде всего о самоотречении и готовности следовать за Ним вплоть до страдания и смерти. Несение креста означало не победу в войне, не торжество какого-либо государства, не ограждение себя от всяких скорбей и неприятностей, а прямо противоположное – смиренное принятие этих скорбей, позора, поражения в житейском значении этого слова.
Тема Креста присутствует во многих книгах Нового Завета, но наиболее системно ее излагает апостол Павел. «Ибо Христос послал меня не крестить, а благовествовать, не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова. Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, – сила Божия» (1 Кор. 1:17–18).
Сила в чем? В превосходстве, возвышении над другими, в способности навязать свою волю? Нет, все совсем наоборот. Сила – в смирении, в самоотречении, в послушании Богу.
К этому призывались последователи Христа: «Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:24); этим хвалился апостол Павел: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира» (Гал. 6:14).
На Кресте совершилось наше спасение: «...истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту; отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою» (Кол. 2:14–15). Здесь апостол сознательно употребил греческий глагол θριαμβεύω – «вести в триумфе», «торжествовать над побежденным», то есть использовал понятные образы военной победы. Крест – победа, но победа над чем или над кем?
Отнюдь не над земными государствами, начальствами и властями торжествует Христос, «потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных» (Еф. 6:12).
В Послании к Евреям мы видим ту же логику, хотя слово «крест» в этом отрывке не употребляется: «...дабы смертью лишить силы имеющего державу смерти, то есть диавола, и избавить тех, которые от страха смерти через всю жизнь были подвержены рабству» (Евр. 2:14–15).
Это формула экзистенциальной победы над смертью посредством собственной смерти, а не посредством военной или политической победы.
Христос побеждает того, кто имеет «державу смерти», не убивая противника, а Сам проходя через смерть. Христос «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2:8).
Победа над смертью через земное поражение, вознесение на Небо через позорную смерть на кресте. «...Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия» (Евр. 12:2).
Крест с самого начала был одной из центральных тем христианской проповеди первых веков, чего нельзя сказать о кресте как о визуальном символе. В качестве центрального элемента христианской символики крест используется только с середины IV века.
Богатство ранней христианской символики
Символика христиан первых трех веков соответствовала Евангелию и другим текстам Нового Завета. Она была значительно разнообразнее позднейшей культуры, сосредоточенной вокруг креста. На надгробиях, печатях и стенах катакомб встречались рыба, голубь, корабль, якорь, хлебы, молящийся человек, пророк Иона и Добрый Пастырь.
Около 200 года Климент Александрийский советовал христианам выбирать для личных печатей «голубя, рыбу, корабль, несущийся по ветру, лиру или корабельный якорь».
Примечательно, что в этом перечне Климент не упоминает крест. Это не значит, что изображение креста не было известно христианам того времени. Однако это показывает, что крест не входил в тот набор изображений, который Климент счел нужным рекомендовать христианину.
Еще один показательный момент в творениях Климента: он писал, что христианину не следует изображать «меч или лук, поскольку мы следуем миру». То есть христианская символика была подчеркнуто миролюбивой, а пастыри довольно щепетильно относились к тому, чтобы не изображать символы, которые могут быть истолкованы в контексте земной власти, насилия или чего-то подобного.
Одним из самых древних и самых распространенных христианских символов была рыба. Она напоминала о евангельских чудесах, крещении и евхаристической трапезе. Греческое слово ΙΧΘΥΣ воспринималось как исповедание: «Иисус Христос, Божий Сын, Спаситель».
Еще одним древним символом был якорь. Он выражал надежду, которая, как пишет апостол Павел в Послании к Евреям, является для души «как бы якорем безопасным и крепким» (Евр. 6:19). На христианских памятниках эти образы нередко соединялись: рыба указывала на Христа, якорь – на спасительную надежду.
Одним из самых распространенных образов был Добрый Пастырь. Этот образ был известен еще с дохристианских времен, но в христианстве стал изображением Христа, спасающего человека и ведущего его к вечной жизни. «Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» (Ин. 10:11).
Первые свидетельства крестного знамения
Изображение креста, разумеется, также было известно древним христианам. Тертуллиан в начале III века писал, что верующие при входе и выходе, одеваясь, умываясь, садясь за стол и начиная обычные дела знаменуют крестом чело. Подчеркнем, что Тертуллиан свидетельствует о жесте крестного знамения, а не о широком распространении самостоятельного изображения креста.
Наиболее ранним сохранившимся графическим напоминанием о Распятии считается ставрограмма – соединение греческих букв «тау» и «ро». Она встречается в папирусах конца II – первой половины III века в сокращенном написании слова σταυρόν («крест») в Лк. 14:27.
Эта ставрограмма считается многими учеными древнейшей дошедшей до нас визуальной отсылкой к распятию Христа. Но это часть текста, а не самостоятельный графический символ и тем более не визуальный объект поклонения.
Исследование христианской символики первых веков осложняется тем, что датировка самых ранних изображений нередко вызывает споры. Особенно осторожно исследователи относятся к попыткам датировать христианские изображения временем до 200 года.
Смысл крестной победы верных
Означает ли это, что христиане первых веков не использовали визуальное изображение креста в качестве символа? Имеющиеся у нас источники не позволяют ответить однозначно на этот вопрос. Но мы можем достаточно определенно сказать, что для них означал Крест Христов.
Крест означал позорную смерть, которую добровольно принял Христос, «нашего ради спасения»; крайнее смирение; послушание Богу; терпение скорбей; жертву ради другого; смерть для греха; верность среди гонений и надежду на воскресение.
При этом древние христиане уже говорили о Кресте как о победе, причем в понятных для той эпохи военных терминах. Но это была парадоксальная победа: Христос побеждает не земного противника, а грех, смерть и духовные силы зла. Побеждает не чем иным, как тем, что Сам принимает смерть.
Но в начале IV века этот символ оказался вовлечен в совершенно иной контекст. Крест или близкая ему христианская монограмма должен был не только напоминать о жертве Христа, но и обещать одному императору военную победу над другим в междоусобной войне.
Об этом в нашей следующей публикации.
