Почему те, для кого нация превыше всего, не призывают к миру?
Население Украины сокращается почти на миллион в год, эксперты говорят о вымирании нации. Но лидеры ПЦУ и УГКЦ продолжают призывать к войне и мобилизации.
Не секрет, что патриотические украинские юрисдикции – прежде всего ПЦУ и УГКЦ – одной из своих ключевых задач декларируют заботу и поддержку украинской нации. Более того, часто эта самая нация ставится пастырями этих конфессий на ключевое место.
Примеров тому очень много. Это и лозунги «Украина превыше всего» и «Слава нации – смерть врагам», которые скандируют клирики ПЦУ и УГКЦ, и заявления Сергея Думенко о том, что в ПЦУ гордятся быть бандеровцами, и украинский герб на иконостасах, и «иконы» Христа в вышиванке, и многое-многое другое.
Чуть ли не в каждой проповеди глав и иерархов этих конфессий подчеркивается значение украинской нации, необходимость ее поддержки и развития.
Собственно, того, что в упомянутых юрисдикциях нация занимает главенствующее место, никто и не скрывает.
Хорошо это или плохо, мы сейчас анализировать не будем. Дело в другом. Мы предлагаем проанализировать, насколько соответствует реальная риторика глав и клириков ПЦУ и УГКЦ той самой заботе об Украине, которая «превыше всего».
Демография: катастрофа уже наступила?
52 миллиона на старте независимости – и, по разным оценкам, от 18 до 25 миллионов сегодня. За 35 лет население Украины сократилось более чем вдвое. В 2019 году Кабмин объявил, что население Украины (на подконтрольных территориях) составляло 37 млн. Точную цифру нынешнего населения страны не знает никто. Министр социальной политики Денис Улютин оценил его на 2026 год в 22–25 млн человек. Замредактора британского издания New Statesman Уилл Ллойд, опираясь на данные высокопоставленного британского чиновника, назвал цифру в 20 млн. Как «приближающееся к 20 миллионам» оценивает сейчас население страны экономист и аналитик Алексей Кущ. А некоторые эксперты, ссылаясь на число активных пользователей мобильных операторов, утверждают, что реальное население может быть меньше 18 миллионов. Бывший министр экономики Тимофей Милованов заявил, что в результате войны в Украине может остаться катастрофически мало населения.
«Моя пессимистическая оценка такова: в Украине может остаться 10–15 миллионов украинцев», – сказал Милованов.
И, похоже, Милованов нисколько не преувеличивает. По данным Министерства юстиции, смертность в Украине превысила рождаемость почти в 4 раза.
Замдиректора Института демографии Украины Александр Гладун утверждает, что страна ежегодно теряет около 1 миллиона 150 тысяч человек. Такие потери он объясняет высокой смертностью и эмиграцией.
Глава Института демографии Элла Либанова утверждает, что численность населения Украины за 2025 год сократилась примерно на один миллион человек.
Руководитель Офиса миграционной политики Василий Воскобойник оценивает потери за этот период скромнее. Но ненамного – 800 тысяч. При этом важно, что из страны выехало и продолжает выезжать ее будущее – женщины репродуктивного возраста и дети. В ООН говорят, что Украина сталкивается с катастрофическим демографическим кризисом и вскоре займет первое место в мире по самой низкой доле молодежи в структуре населения.
Директор Киевского перинатального центра Дмитрий Говсеев заявил: для того чтобы просто восстановить численность населения уровня 2022 года, каждой женщине пришлось бы родить по восемь детей.
Все мы понимаем, что подобное невозможно. Но что нужно сделать, чтобы хотя бы замедлить такое катастрофическое падение?
Аналитик Алексей Кущ подчеркивает, что единственная надежда – это немедленное прекращение войны.
«Завершение войны – ключевое условие спасения нации в таком случае», – говорит он. Об этом же предупреждает и Либанова. «С каждым месяцем здесь все больше разрушений, а наши вынужденные мигранты все больше адаптируются к новой жизни за рубежом», – отмечает она. И это крайне важные слова. С начала полномасштабной войны, когда страну покинули свыше 10 миллионов человек, прошло уже более 4,5 лет. За это время украинцы за рубежом успели выучить язык, найти работу, обжиться на новом месте. И каждый прожитый там день делает их возвращение все менее вероятным. Но, пожалуй, самое тревожное другое: многие из 1,8 миллиона уехавших детей уже считают своей Родиной не Украину, а страну, которая их приютила.
Тот же Кущ, анализируя цифры стремительного сокращения украинских школьников, спрогнозировал гибель нации в течение двух поколений, или, иначе, ближайших 50 лет. Нардеп VIII созыва и доктор медицинских наук Ольга Богомолец более оптимистична, но ненамного: согласно ее прогнозу, украинцы исчезнут в течение 6 поколений.
Цифры и сроки у экспертов разнятся, но лишь в деталях. В главном Кущ, Богомолец и многие другие солидарны: украинцы стремительно вымирают, и спор идет лишь о том, как быстро.
Отсюда закономерный вопрос:
что в таких условиях должны делать те, для кого служение украинской нации – высшая цель? Очевидно, сделать все, чтобы остановить ее исчезновение и попытаться повернуть процесс вспять. А путь здесь только один – прекращение войны.
Какова позиция «патриотов» по этому поводу?
Мир нужен, но войну необходимо продолжать
Первые серьезные разговоры о возможности прекращения войны в Украине появились после прихода к власти президента США Трампа и его миротворческих инициатив. Но среди «патриотических» конфессий они поддержки не получили.
Например, глава УГКЦ в декабре 2025 года сделал несколько заявлений с критикой Трампа. Выступая в Австралии, Святослав Шевчук высказался за продолжение боевых действий, чтобы «остановить агрессора». «Нам говорят: отдайте территории – получите мир», – заявил Шевчук и высказал сомнение, что в РФ на это согласятся. Он подчеркнул, что Украина – это «гораздо больше, чем земельные ресурсы или полезные ископаемые, это святое место, где Бог находится со своим народом».
Логика понятна: «святое место» не отдают, значит, война должна продолжиться.
Через пару недель Шевчук сделал еще одно заявление на эту же тему, назвав мирный план Трампа «так называемым». Почему он раскритиковал дипломатические усилия США, глава УГКЦ не уточнил. В то же время он выразил пожелание, «чтобы сильные мира сего прониклись болью и страданием простых украинцев».
И вскоре боль и страдания простых украинцев стали запредельными, когда обстрелы и разрушения усугубились жестокими морозами. В столице десятки тысяч людей прожили зиму 2025\2026 без отопления, канализации и электричества. А Шевчук тем временем рисовал европейцам картину стойкости киевлян, готовых терпеть сколько понадобится.
Выступая в Риме, он рассказывал, что украинцы, «находясь в пунктах обогрева, не плакали от отчаяния, а пели и плясали». «Этот образ людей, которые замерзают, но поют и пляшут под музыку, уже стал историческим и удивил весь мир», – уверял европейцев Шевчук.
А находясь с визитом в Бразилии, он рассказал, что, несмотря на жестокие испытания, его страна «жива, стоит, борется и молится», а те в мире, кто не верит в победу Украины, «должны покаяться».
Посыл Шевчука миру незамысловат: украинцы готовы страдать и воевать сколько потребуется, нужно лишь давать деньги.
И уже накануне зимы 2026/2027 годов он снова говорит, что следует «в который раз найти в себе силы» для противостояния, и призывает не верить тем, кто предупреждает об «апокалиптических сценариях». При этом ни сам Шевчук, ни его коллеги ни в чем в Киеве не нуждаются. В соборе УГКЦ есть все необходимое: солнечные панели, генераторы, скважина с водой и запас продуктов. А в случае блекаута всегда можно уехать за границу, где находится большая часть структур УГКЦ.
Своих мы от мобилизации прячем, а чужие пускай воюют
Одной из огромных проблем в Украине является силовая мобилизация, которую народ давно уже окрестил «бусификацией» из-за использования военкомами микроавтобусов, т. н. «бусиков».
Нет надобности рассказывать, как украинцы относятся к ТЦК: в сети есть уже сотни скандальных роликов, где люди в форме фактически похищают мужчин на улицах, в транспорте или магазинах. Восприятие обществом военкомов резко отрицательное. Тем не менее представители ПЦУ, УГКЦ и некоторых протестантов горячо поддерживают действия ТЦК.
«Митрополит» ПЦУ Михаил Зинкевич заявляет, что на фронте должны быть все: «В армию сегодня должны идти все, без исключения, – заявил он. – И уже там чем-то заниматься в соответствии с твоим состоянием здоровья, семейного положения и т. д. Но военнослужащими у нас должны быть абсолютно все. Война не закончится».
Ему вторит «митрополит» ПЦУ с российским паспортом Климент Кущ, который жестко критикует тех, кто сопротивляется мобилизации и не хочет идти на фронт.
«Те, кто выступают против мобилизации, кто устраивают эти шоу в ТЦК, посмотрите: война придет. Не хотите защищать – будете уничтожены», – заявил Кущ.
Еще дальше пошел самый популярный в ПЦУ блогер Алексей Филюк, который заверил зрителей, что в похищениях людей военкомами нет ничего плохого. «Ну так какой тут грех? Человек работает, выполняет свои должностные обязанности», – заявил Филюк. В то же время уклонистов клирик ПЦУ осудил: «Защищать Отечество – это твоя обязанность. Прятаться – это ненормально».
Но вот что интересно. Свой ролик с поддержкой ТЦК Филюк удалил буквально через несколько часов после публикации. Причина проста: шквал возмущенных и негативных комментариев.
Не отстает от ПЦУ и УГКЦ. Один из ее спикеров, Юстин Бойко, уверяет, что ненависть к ТЦК в соцсетях раздувается искусственно, а убийство сотрудника военкомата – не просто грех, а грех «особо тяжкий». Глава униатов Святослав Шевчук высказывается еще прямолинейнее: «Мы поддерживаем Вооруженные силы Украины и постоянно разъясняем, что уклонение от мобилизации – это невыполнение своего гражданского долга».
По словам Шевчука, в УГКЦ хотели бы, чтобы ТЦК не приходилось применять к украинцам силу, а они шли бы на фронт сами.
«Мы хотим, чтобы наши ребята и девушки без давления, но по зову собственной совести, любви к Родине и обязанности ее защищать становились в ряды Вооруженных сил Украины», – добавил он.
Однако ранее тот же Шевчук в прямом эфире случайно признался, что прячет от мобилизации украинцев, но только тех, кто ему полезен. Он пожаловался Александру Драбинко на нехватку мастеров для достройки иконостаса и сказал: «Мы даже их здесь немножко прячем у нас их. Они и живут, питаются все».
Впрочем, прятать в ПЦУ и УГКЦ приходится только рабочих, их клирики защищены бронью и спокойно получают отсрочку от мобилизации. А вот священникам УПЦ в брони отказано. Поэтому чуть ли не каждый день приходят новости о том, как ТЦК похищают клириков Церкви – на улицах, у храмов и даже во время крестных ходов. Картина получается красноречивая. Те, кто громче всех призывает «идти на фронт всем без исключения» и осуждает «уклонистов», сами под удар не попадают. «Патриоты» готовы воевать, но чужими руками.
Мигранты вместо украинцев?
Уже даже самым заядлым оптимистам очевидно: из-за катастрофического сокращения населения Украине неизбежно придется привлекать мигрантов. И об этом говорится все громче. Бизнес-омбудсмен Украины Роман Ващук заявил, что каждый гибнущий или выезжающий украинец освобождает место для мигранта. Уже упомянутый Тимофей Милованов, ныне президент Киевской школы экономики, заявляет, что для функционирования экономики стране понадобится привлечь около 10 миллионов трудовых мигрантов. Василий Воскобойник озвучивает чуть меньшие цифры, но не принципиально. По его словам, Украине нужно до 8,7 млн дополнительных работников в ближайшие 10 лет.
Глава ОП Кирилл Буданов анонсировал упрощение въезда рабочим-мигрантам из Африки.
А Воскобойник пророчит, что этнический состав населения Украины неизбежно изменится вследствие демографического кризиса и массового привлечения трудовых мигрантов. По его словам, украинцы попросту превратятся в метисов.
На этом фоне особенно показательно звучит заявление главы УГКЦ Святослава Шевчука о поддержке завоза иностранцев.
Комментируя привлечение мигрантов для решения демографической катастрофы, Шевчук отметил, что Украина строит новый тип политической нации – не «только для этнических украинцев», а принимающей всех, «кто готов вместе строить свободное, соборное и независимое украинское государство».
Вот только есть проблема. В военную или послевоенную Украину не поедут немцы, французы или представители других европейских христианских стран. Социологи и демографы ожидают мигрантов из беднейших и малоразвитых государств, преимущественно мусульманских. Например, Элла Либанова надеется, что большая часть приезжих окажется из Бангладеш. «Очень не хочу, чтобы это были Иран, Ирак или Сирия», – говорит Либанова, но нет никакой уверенности, что ее надежды сбудутся.
Опыт ряда стран ЕС доказывает: мигранты-мусульмане очень неохотно интегрируются в новое общество и культуру. В большинстве случаев получается обратная ситуация – это они требуют от новой Родины уважения к своиму металитету, традициям и религии. И вряд ли в Украине будет по-другому.
Выводы
- Украина уже давно существует за гранью демографической катастрофы. Мы входим в тройку стран с самой низкой рождаемостью в мире. Каждый новый день войны приносит новые жертвы, увеличивает число эмигрантов и укрепляет уже уехавших в нежелании возвращаться домой.
- Украинская нация, о служении которой так любят говорить политики и религиозные деятели, находится в очень тяжелой ситуации. Население сокращается такими темпами, что эксперты спорят лишь о том, когда украинцы исчезнут полностью. А единственное «лекарство», которое нам предлагают, – массовый завоз мигрантов, вплоть до 10 миллионов человек. Если коренное население и дальше будет сокращаться на 800 тысяч – миллион в год, то вскоре украинцев и приезжих может оказаться примерно поровну. Останется ли тогда от нации что-то, кроме названия, – большой вопрос.
- Позиция лидеров «патриотических» конфессий в поддержку войны и мобилизации не может не поражать. И дело даже не в отношении христианства к войне. Проблема в том, что руководство ПЦУ и УГКЦ демонстративно игнорирует смертельную опасность для украинской нации, о служении которой оно так пафосно говорит.
Да, в крупных городах еще бурлит жизнь, но с каждым месяцем она становится все менее интенсивной. Исчезают люди, зато разрастаются кладбища. Враг уничтожает инфраструктуру, дома, транспорт и предприятия. Все, что создавалось нашими отцами на протяжении десятилетий, системно уничтожается.
Астрономы говорят, что многие звезды, свет которых мы видим на ночном небе, уже давно мертвы. До нас лишь все еще долетает их свет.
Наша украинская «звезда» еще жива. Но если мы все вместе не будем призывать к миру, от нас останется только свет.
