Энергии Бога как смысл и цель Жизни Христианина

В неделю памяти святителя Григория Паламы мы касаемся темы, которая очень важна для понимания христианского смысла жизни человека на Земле.

Почему-то то, что связанно с темой Нетварных Энергий Бога, традиционно приписывают к области книжной профессорской аудитории, которая в силу своей компетенции может погружаться в эту недоступною для простых, богословски не образованных, христиан. В этом кроется глубочайшее духовное обольщение, которое пытается скрыть от нас самую важную область знания и опыта, необходимую для нашего спасения.

Если мы будет полагать что спасение души зависит от количества произнесенных молитв, исполнения заповедей, и прочего доброделания, мы будем разочарованы. Это всего лишь средства, которые прокладывают путь к цели. А цель – это причастность души к этим Нетварным Энергиям Бога. Именно это имел ввиду преподобный Серафим Саровский, когда говорил с Мотовиловым о смысле жизни христианина как «стяжание Духа Мирного», или «Духа Святаго». Здесь речь идет о необходимости быть причастным к этим Нетварным Божественным Энергиям.

Что же это за Энергии и что нам нужно о них знать?

По мысли Григория Паламы, Бог непознаваем и неприступен. К нему нельзя относить никакие категории и понятия, связанные с нашим человеческим языковым инструментарием. Сущность Бога не постижима, и не доступна не только людям, но и высшим Ангельским Силам. Но в Боге есть совечные Его Сущности Силы и Энергии. Причастность к этим Нетварным Энергиям Бога – и есть смысл и цель человеческой жизни. В этих Энергиях Он открывает себя миру, присутствует в нем, действует и преображает его.

Учение Григория Паламы разрешает кажущиеся противоречия Священного Писания которое, с одной стороны, утверждает что Бог обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел, и видеть не может (1 Тим.6:16), а с другой – говорит, что человек должен стать причастником Божественного естества (2Пет. 1:4)

На учении Григория Паламы основано понимание Обожения (гр. – theosis) человека как цели его жизни. Оно совершается во Христе благодатью Святого Духа. Обоженный человек во всем уподобляется Христу и становится зеркалом Божественного Света. На высших ступенях духовной жизни, непременно связанных со стяжанием высочайшего смирения, обоженный христианин получает особую благодать совершенства, выражающуюся в дарах чудотворений, исцелений, прозорливости. При этом его душа и ум совершенно соединяются с Богом. «Душа при общении со Духом Святым делается с ним единым духом», – говорит св. Макарий Великий о жизни совершенных христиан. По словам св. Максима Капсокаливи, действие избыточествующей Божественной благодати ведет к прекращению обычной деятельности ума.

Православный подвижник двадцатого столетия Старец Иосиф Афонский так описывает опыт обожения: «Пламенеет сердце от Божественной Любви и взывает: «Держи Иисусе мой, волны Твоей благодати, ибо я таю как воск». И действительно тает, не вынося. И захватывается ум в созерцании. И пресуществляется человек и делается одно с Богом, так что не знает или не отделяет самого себя, подобно железу в огне, когда накалится и уподобится огню».

Достижение обожения невозможно вне христианского подвига. По мнению св. Макария Великого, путь к обожению лежит через претворение в жизнь евангельской этической триады – веры, надежды и любви. Этой триадой личность формируется по образу Христа, пока не станет «христообразной». Воплощение в своей жизни христианской этики предвосхищает соединение с Божественной Троическим Светом.

Ниспосылаемые Пресвятой Троицей благодатные переживания ведут подвижника к таинственному переходу из области «делания» в область «созерцания. Главным же инструментом, которым пользуется человек на этом пути, есть любовь. «Любовь к Богу есть путь к обожению» (св. Григория Богослов). «Только любовью венчается путь духовного совершенствования, ведущий к обожению», – учит подвижник нашего времени архимандрит Иоанн (Крестьянкин).

Читайте также

Когда святые не могли простить друг друга: История трех учителей Церкви

Икона показывает их вместе, но жизнь развела врозь. О том, как дружба разбилась о церковную политику, а единство пришлось выдумывать через семьсот лет.

«Если останусь живым, уйду в Почаевскую лавру!»: история старца-подвижника

​Он прошел Вторую мировую, пережил советские тюрьмы и гонения на Церковь, но не сломался. Воспоминания о схиархимандрите Сергии (Соломке) – легендарном экономе и молитвеннике.

Опьянение Богом: почему Исаак Сирин молился за демонов, не веря в вечный ад

Церковь вспоминает святого, чье богословие – это радикальный протест против сухих законов религии. О том, почему Бог не справедлив, а ад – это школа любви.

Что будет с христианством, когда оно перестанет быть оплотом цивилизации?

Западные демократии любят вспоминать о свободе вероисповедания… когда им выгодно. Когда нет – прекрасно дружат с гонителями христианства.

Скальпель и крест: Разговор с хирургом, выбравшим Бога в разгар террора

Ташкент, 1921 год. Профессор хирургии надевает рясу и идет в операционную. Я спрашиваю: зачем? Он отвечает, но не так, как я ожидал.

Бог, Который бежит навстречу

​Мы иногда думаем о Боге как о строгом судье с папкой компромата. Но притча о блудном сыне ломает этот стереотип.